Мать Вода и Чёрный Владыка

Тогда как деньги были даны в качестве возмещения за напрасную обиду. Девушка оказалась ловкая и сообразительная. Она быстро убежала на своих резвых и очаровательных ножках куда-то вглубь помещения, радостно утаскивая свой прибыток.

– Куда?! – свирепо заорал Чапос ей вслед. Все вокруг замерли от его вопля.

– Пасть закрой, – тихо произнёс Рудольф. – Я для себя купил. А вот есть передумал. Ты мне аппетит отбил. Пусть она сама решит, кому подарить мой десерт.

– Так повторно продаст, – заметил Чапос, поняв, что не отведать ему сладкой закуски за чужой счёт.

 – Сейчас к себе поеду, и моя девочка будет для меня заменой нежнейшего суфле. Давно я не был столь плотно охвачен своим желанием, если только в молодости. Но вам я её не привезу, себе решил оставить. Даже старому искушённому любителю Ал – Физу давно такой не перепадало. А если бы он её увидел, то захлебнулся бы тягучей слюной. Думаю, в усадьбу к себе возьму вместо Эли. Специально для неё заказал срочно построить новый флигель, чтобы с башенками и зелёными окнами, с верандой ажурной, где буду её по утрам любить, чтобы всю её красоту впитывать в себя уже при свете Ихэ-Олы. Я бы и на Нэю не согласился её поменять, даже ради реванша за прошлое. Это если бы речь шла о подобном обмене. Но я от такой роскошной штучки уже не оторвусь, пока не выем её до самого донышка. А там посмотрим. Приобрету себе ещё одну работницу для поместья. Женщины – это же всегда выгодное приобретение. Пока цветёт – мни её, дыши ею вволю, а утратит свою сладость, так рабочие бесплатные руки кому помеха? Тем более, что место Эли пустует. Но когда это ещё и будет! Сейчас, даже отлучаясь от неё, я несу в ноздрях её чистый аромат. Она первая девственница в моей жизни, вот так мне повезло. Это не занюханный «Ночной Цветок», – вы ведь и не знали о том, что я успел эту Асию отведать перед тем, как всучить её вам. Не мог устоять, и вовсе не потому, что очень уж хотел того, а чтобы опередить вас в этом смысле. Напоил её в «Ночной Лиане», и в кабинке всю её исследовал до самых её возможных глубин. Не скажу, что впечатление было ярким. Я уж его и не помню. Меня вообще-то трудно увлечь этим цветочкам, как они ни стараются пустить в нос свой колдовской дух, чтобы отравить мужскую голову, я умею их отсмаркивать. – Тут Чапос достал из штанов огромный лоскут, явно клок женского подола, расшитый завитками, и гулко высморкался в него. – Ну и пылища сегодня! Все ноздри забило.