В ожидании полнолуния. Женский роман с мужскими комментариями

И вот приходит протрезвевший папа к сыну в больницу: «Я тебе, сынок, купил валенки». А несчастный ребёнок отвечает: «Зачем мне теперь валенки, если у меня уже ножек нету?»

Редактор берёт эти «Валенки» и «Аккордеон» и ставит оба рассказа рядом на полосе под общей рубрикой «Уплакаться можно». Строев чёрный юмор редакции оценил, и с тех пор журналисты этого издания вечно «уплакиваются» из-за информационного вакуума по криминальным вопросам. Так что думать надо, над кем шутить.

А сколько раз Дарья сама задевала в своих публикациях и кого можно, и кого нельзя! На неё обижались как частные и должностные лица, так и целые организации.

После обеда позвонила Алеся, моя двоюродная сестра. Предложила съездить вечером к её матери.

– Ладно, – согласилась я. – Мы с сестрой не баловали Марту своими визитами. Леся навещала мать, когда что-то было надо: то ли денег, то ли урожая с огорода, я и вовсе появлялась раз в полгода.

Мы встретились в пять и пошли выбирать подарок в универмаг. Леся помогала советами – денег у неё, как обычно, не водилось.

– Смотри, какие роскошные стаканы, – обратила моё внимание Алеся, – можно и под сок, и под вино. Форма оригинальная, наверное, небьющиеся.

– Куда там небьющиеся! Вдребезги разлетаются, – похвалила свой товар молоденькая продавщица.

Мы с Лесей расхохотались, но стаканы всё-таки купили.

Вот, она российская реклама! На Западе девочка после произнесения подобной фразы уже собирала бы свои вещички. Такого же рода рекламу я слышал на днях в гастрономе. Солидная дама спрашивала, какой из паштетов – грибной или куриный – вкуснее, а продавщица ответила: «Да все они вредные, сплошная химия, импорт, он и есть импорт».

Марта встретила нас, как всегда, охами-ахами и укорами:

– Что же ты, племянница, и дорогу в мой двор забыла? Как мать твоя умерла, так я стала не родственница? Вы ж у меня только две родные и остались, дочка да племянница, а не дождёшься вас.

– Ну, вот, понеслась, – тихо сказала Леся для меня одной. Марта плохо слышала.

– Заходите, девчата, заходите в дом, сейчас ужинать будем. Выпьете?

Выпить мы отказались.

Удивительно, ей Богу!

Марта, как обычно, не знала, чем нас угостить, и всё выставляла на стол то одно, то другое, время от времени ныряя в кладовку, и вскоре заметно порозовела и развеселилась.