Объяснение в убийстве. Женский роман с мужскими комментариями

Он беспокоился, как я буду потом добираться, и предложил, чтобы по домам нас с Лизой часов в девять развёз наш редакционный водитель Юрка Шаманов. Я не возражала.

Лизка у меня красивая. Платья на работу она носит такие, в каких обычно ходят в ресторан. Её муж Руслан возражает только против чересчур глубоких вырезов, из которых буквально вываливается Лизкина роскошная грудь. С тем, что её бесконечные ноги всё равно не упрячешь, Руслан уже смирился и больше не пытается купить ей юбку подлиннее – всё равно она её урежет.

Вот и сейчас она скинула чёрный кожаный плащ, повесила его на спинку стула, и осталась в чём-то безумно-сиреневом, обтягивающем её нестандартные формы, как чулок. Лиза уселась, встряхнула своими длинными чёрными волосами, закинула ногу на ногу и сказала:

– Рассказывай.

Но я понятия не имела, о чём ей рассказать. О последних материалах – вряд ли ей будет интересно. О Чернове – ещё менее. Лиза считала, что я слишком затянула с ним роман, и из любовника он практически превратился во второго, почти законного, мужа.

А кто же говорит о мужьях! Кому это интересно? Я пожала плечами и закурила, и тут Лизка спросила:

– Вот всё думаю, не превратиться ли мне в блондинку? Как-то измениться хочется. У тебя какой фирмы краска? Какой оттенок на упаковке: значится пепельно-русый или светло-пепельный?

– Я не крашу волосы.

– Как – не красишь? В смысле, вообще? – озадачилась подруга, подозрительно вглядываясь в корни моих волос. – Что, никогда, что ли? Надо же.

– Только периодически посыпаю голову пеплом, – рассмеялась я.

Мы заказали кофе, коньяк, арахис, чипсы, шоколад и принялись болтать обо всём на свете – погоде, общих знакомых, сыновьях и шмотках. Лиза всё поглядывала по сторонам в поисках устремлённых на неё влюблённых мужских взоров, но таковых не наблюдалось. За одним из столиков сидела пара средних лет, за другим – трое мужчин явно за сорок, ещё за двумя, сдвинутыми вместе, – молодёжная компания, в которой девчонок было больше, чем парней.

Но Лиза всё же дождалась интересующих её объектов – двух мужчин лет двадцати семи, симпатичных, в элегантных костюмах, при галстуках, и тут же принялась стрелять глазами в их сторону, смеясь и говоря несколько громче, чем следовало бы воспитанной девушке.

– Ах, какие мальчики, ты, смотри, смотри, – привлекала время от времени Лиза моё внимание.– Этот, светленький, особенно.

– Именно что – мальчики, – рассмеялась я. – Куда нам, старым кошёлкам.