Оракул Апокалипсиса

Что же такое опасное могла знать эта странная женщина? В любом случае, эта информация стоила ей жизни. В чем, в чем, а в этом Ангелина Слепцова была уверена.

На углу двух улиц она остановилась, словно размышляя, в какую сторону двинуться. Мобильник завибрировал: пришло сообщение от Лориса. Надо было давать ответ на приглашение. Перед глазами вновь встала распластавшаяся на цементном полу экзотическая фигура. Смерть Женевьевы Бренон – связана она с центром Лориса или нет? И разумно ли отправляться им туда? Хотя она тут же одернула себя.

Что им могло грозить в трехстах километрах от Парижа, в густонаселенной местности? Да и теперь ей стало по-настоящему любопытно, что же такое запрещенное происходит в этом замке. «Замке Синей Бороды», – добавила она про себя и усмехнулась – во всяком случае, это название ей нравилось больше заурядного Литцель. В любом случае ни она, ни Марго невинными девицами не были. А посмотреть стоило. Была, правда, другая загвоздка. По твердому убеждению Ангелины, бесплатным бывал только сыр в мышеловке. Поэтому если Лорис и пригласил их на эту встречу, то не из-за ее прекрасных глаз. Но на этот раз она твердо решила, что ему не удастся вытрясти из нее ни сантима.

Вечером Ангелина заехала к Марго. Они договорились вместе посмотреть очередную театральную премьеру. Завзятая театралка Марго не пропускала почти ни одной, на ее взгляд, стоящей постановки. Гораздо меньше любившая театр Ангелина иногда тоже соглашалась на вылазки. Так было и на этот раз.

– Я соглашусь с одним условием, – заявила в антракте Марго, когда речь вновь зашла о посещении презентации в замке Литцель.

– И что это за условие?

– Возьмем с собой Кати.

– Это ты решила после того, как узнала об убийстве Женевьевы Бренон? – прямо спросила Ангелина.

– Возможно – да, а возможно – нет. Просто подумала, что втроем интереснее, чем вдвоем, а потом Кати пора выбираться из своего поместья на белый свет, а то совсем одичает.

– И ты уверена, что ничего лучшего для выхода в свет она не найдет?

– Конечно, не найдет, – с непоколебимой уверенностью заявила ее собеседница.

С подругой Марго, Екатериной Кузнецовой, другой российской француженкой, Ангелина уже встречалась. Правда, встреча была короткой. Екатерина Дмитриевна, которую чаще всего друзья и близкие называли Екатериной Великой, с дочерью Касей приехала тогда из Ниццы в Париж на встречу с нотариусом своего покойного друга, Фредерика де Далмаса.