Рождество в Фогвуде

– Кто я такой, чтоб разбивать счастливый союз двух сердец? – усмехнулся Джеймс. – Да и как бы я мог помешать? В наше-то время… Так что после Нового года вы оба получите полный расчёт и приданое, а пока проводите нас в нашу комнату.

– Я думал, ты выпьешь со мной, – слегка разочарованно заметил Кристофер.

– С радостью, Крис, но немного позже. Сперва душ, и минут через двадцать я спущусь.

– Отлично. Через час приедут Дэбби и Том. Остальные соберутся к обеду.

– Твои родители разве не здесь?

– Они уехали в Орфорд к нотариусу, оформляют продажу нашего старого коттеджа, потом заедут туда, чтоб передать владение покупателю.

Скорее всего, мама не упустит возможности напоить его чаем. А папа усядется в кресло у камина и поведает, как хорошо им жилось в этом доме. В общем, они тоже приедут не раньше семи.

Отведённая нам комната была просторной, с большой кроватью под балдахином, уютными креслами возле камина и изысканным туалетным столиком с большим зеркалом в старинной резной раме.

Я с печалью посмотрела на кровать и села на бархатный пуфик.

– Может, ты поспишь пару часов? – спросил Джеймс, открывая свой саквояж.

– Нет, мне лучше не ложиться, – возразила я. – Иначе к вечеру у меня будет растрёпанный и опухший вид.

– У тебя не бывает такого вида, – возразил он. – Тогда прими ванну. Я пришлю к тебе Дору.

– Я в состоянии сама наполнить ванну, – заметила я.

– Расслабься, – улыбнулся он. – Ты дома.

Ванна помогла мне расслабиться, я даже пару раз засыпала на несколько мгновений в тепле благоухающей воды.

Прохладный душ после ванны взбодрил меня, и я почувствовала себя лучше.

Я как раз спустилась вниз, когда входная дверь холла распахнулась, и в него влетела Дэбби в пушистой белой шапочке и серебристом казакине с оторочкой из голубой норки. Они с Джеймсом близнецы, и потому она тоже высокая и стройная. Жизнь за городом обеспечивала ей неизменно свежий цвет лица с лёгким румянцем. А такие же, как у старшего брата, ясные серо-голубые глаза с пушистыми ресницами и длинными бровями вразлёт делали её и вовсе красавицей.

Под казакином у неё оказалось яркое платье из алого шёлка и очаровательное рубиновое колье. Я всегда восхищалась тем, как при своём спортивном телосложении и не слишком женском занятии разведением лошадей, она умудрялась всегда выглядеть женственно и даже немного загадочно. Увидев меня, она издала радостный крик и тут же бросилась меня обнимать.