Свадьба в Фогвуде

Клэптоны на этот раз тоже уехали к себе.

Было уже за полночь, когда мы с Джеймсом поднялись на второй этаж. На сей раз я безропотно отправилась в его апартаменты и через полчаса уже спала рядом с ним в его уютной викторианской спальне с цветастыми обоями, старинной, пахнущей деревом и кожей мебелью и занавесками на окнах.

Я проснулась утром, как обычно, рано. Ещё не открыв глаза, я осторожно протянула руку, надеясь коснуться тёплого плеча Джеймса, но его не было. Я открыла глаза и резко села. В окна лился мягкий утренний свет, какой бывает только ранней осенью, тихий и чуть золотистый.

Но вместо умиротворения и радости, я вдруг ощутила тревогу. Так было за этот месяц дважды, когда я, проснувшись ночью, вдруг обнаруживала, что осталась одна. Я выходила в гостиную и заставала там Джеймса сидящим на белой пушистой шкуре у растопленного камина. Хрустальный стакан с бурбоном чуть подрагивал в его пальцах. Он смотрел в огонь, и лицо было каким-то застывшим. В первый раз я подошла ближе, он обернулся ко мне, я замерла под его усталым, каким-то отчуждённым взглядом.

– Иди спать, – тихо и слегка раздражённо приказал он. – Мне нужно побыть одному.

Я ушла и снова легла в постель, но ещё долго не могла уснуть, чувствуя его взгляд, устремленный куда-то сквозь горящий в камине огонь, сквозь стены, сквозь меня, сквозь годы, назад, туда, где изнывали под палящими лучами чужого солнца плоские холмы Кандагара. Туда, где погибли его друзья, и где чудом выжил он сам.

И понимала, что ничем не могу ему помочь.

Во второй раз я сразу же ушла, наверно, ещё до того, как он успел заметить меня. И вот он снова ушёл среди ночи, а я даже не почувствовала этого.

Я выбралась из-под одеяла и, посмотрев на своё платье, лежавшее на кресле возле кровати, прошла в гардеробную и взяла из стопки белую рубашку Джеймса. Надев её, я аккуратно застегнула все пуговицы, прислушиваясь, и надеясь, что услышу его шаги. Но было тихо.

Я вышла в гостиную. Джеймс в джинсах и футболке, босиком, сидел за столом, приставленным к спинке большого дивана, и смотрел на экран ноутбука.

Его пальцы стремительно порхали над клавиатурой, и я с облегчением убедилась, что поблизости нет ни стакана, ни бутылки.

– Ты опять не спал… – проговорила я, но он поднял руку, призывая меня к молчанию.

Я послушно замолчала и, пройдя к дивану, села. Он сосредоточено печатал что-то, а потом, щёлкнул по боковой клавише и перевёл взгляд на меня.