Свадьба в Фогвуде

Вернулась и Диана.

Обед прошёл довольно весело, только под конец он омрачился тем, что Джолион обнаружил, что потерял свою золотую таблетницу, которую заказал в Швейцарии из-за того, что ему необходимо было по часам принимать лекарства, а, значит, приходилось всегда носить их с собой. Эдна с очаровательной гримаской заявила, что так и знала, что он её тут же потеряет, и потому в её сумочке всегда есть все нужные таблетки. Пока Джолион принимал свои пилюли, я заметила, как мрачно переглянулись Дэбби и Джеймс.

Вернувшись к себе, я проверила телефон и увидела на нём три пропущенных звонка с номера, который не был определён, и шесть сообщений от «Старого друга», среди которых уже появились угрозы сообщить ему то, что не хочу рассказать я. Я понятия не имела о чём речь, но сама мысль о том, что кто-то что-то напоёт Джеймсу, привела меня в ужас. Я порылась в памяти, выискивая грехи, которые могли бы разрушить наш будущий брак, но таковых не нашла. В какой-то момент я подумала, что, может быть, этот неизвестный просто спутал меня с кем-то… В конце концов, я не единственная Лара Милфорд в этой стране.

И, может…

Резкий сигнал заставил меня вздрогнуть. На экране снова появилась надпись, что номер не определён.

Я поспешно нажала на кнопку и крикнула в трубку:

– Что вам нужно?

Из динамика какое-то время слышалось чьё-то дыхание, а потом раздались гудки.

Оливия Брэдли снова не спала. Она сидела в постели, тревожно прислушиваясь. Мало ей было своих бед и проблем.

Теперь ещё и это. Ей казалось, что она потихоньку сходит с ума. По ночам её всё так же тревожили далёкие звуки в восточном крыле здания. Но ни Глэдис, ни Брейвик ничего не слышали. Она была уверена, что по ночам там происходит что-то нехорошее, даже страшное. И внезапная авария водопровода лишь подтвердила это.

Слуги не увидели в этом ничего странного. Дом уже давно начал приходить в упадок. Восточное крыло пустовало несколько лет. Его закрыли, чтоб не тратить деньги на отопление.

Семья и оставшиеся после увольнений слуги жили в западном крыле. В центральной части дома ещё пару лет назад проводились приёмы, там принимали гостей, но потом и это прекратилось. Запустение потихоньку распространялось, захватывая неживой тишиной старое величественное здание Олдфилда. Что удивляться, что прорвало трубу? Трубы не меняли уже лет пятьдесят, если не больше. Всё однажды изнашивается и приходит в негодность.