Свадьба в Фогвуде

 – Ты сама не понимаешь, о чём говоришь! Иногда мне страшно даже пошевелиться под одеялом, а ты предлагаешь отправиться туда и говорить с призраками? Я сойду с ума по дороге!

– Возможно, они хотят помочь.

– Я предпочитаю искать помощи у живых! – с пылом воскликнула Оливия.

– Но ты только что сказала, что боишься о ней просить. Может, потому они её тебе и предлагают.

– И для этого пробивают трубы? Отличная помощь! У меня скоро не будет денег, чтоб покупать молоко для дочери, а они устраивают аварии!

– Просто они уже не знают, как ещё привлечь твоё внимание и вступить в контакт.

– А почему они торчат в восточном крыле? – неожиданно спросила Оливия. – Почему там? Или призраки не могут ходить по всему дому, который когда-то им принадлежал?

Аманда задумалась над этим резонным вопросом, а потом пожала плечами.

– Может, призрак привязан к какому-то помещению там. Например, если он там умер. А, может, он просто хочет привлечь к чему-то твоё внимание. Именно там. Может, там спрятаны сокровища, которые помогут решить твои финансовые проблемы.

– Или лежит кирпич, который решит все мои проблемы окончательно, – нервно рассмеялась она. – Я не пойду туда, Аманда!

– Тогда остаётся только один способ, – сообщила та свой вердикт. – Придётся провести спиритический сеанс.

– Там?

– Можно здесь… Мы вызовем духа и спросим, что ему надо.

– Мы даже не знаем, кто это.

– Тогда вызовем Роберта.

– Нет! – содрогнулась Оливия. – Ни его, ни его отца, ни убиенных доктора Ричардса и несчастного боливийца.

Никого, слышишь? Мне итак страшно.

Её возбуждение быстро сошло на нет, и она устало опустила плечи. Она искала утешения, но Аманда из самых лучших побуждений только ещё больше разбередила её раны. Домой она вернулась совершенно измотанная и весь вечер провела с дочкой, рисуя в альбоме домики, цветы и смешных котят с разноцветными бантиками. Это её несколько отвлекло.

Но постепенно стемнело, и Мэри начала зевать. Оливия уложила её в постель и дождалась, пока она крепко уснёт, а потом пошла к себе.

Проходя по галерее, она заставила себя взглянуть в окна напротив, но там было темно. Она забралась в постель и долго сидела, прислушиваясь. Было тихо. И, наконец, она успокоилась, и, свернувшись под одеялом, уснула.

Утром выглянуло солнце, и мои страхи и тревоги как-то сами собой рассеялись. За завтраком я с улыбкой наблюдала за Джеймсом, который жмурился, как кот, поглядывая на золотистые отсветы, пляшущие на влажных листьях за окном.