Чудовище моего сердца

– Чудовищееее, – вдруг послышался громкий шёпот из дальнего угла коридора.

Вздрогнув, я вспомнила о тени, но взяла себя в руки. Желание во что бы то ни стало стать счастливой перевесило страх.

В комнате на кровати лежало новое платье, на этот раз небесно- голубого цвета, на столе в хрустальной вазе благоухали белые розы, из шкатулки на комоде выглядывало ожерелье из жемчуга.

Выходит, в замке кто-то остался, но кто? Жанна? Несомненно, это Жанна и тень принадлежала именно ей!

Спокойствие, Мила, только спокойствие!

Переодевшись, я спустилась в библиотеку и взяла с полки первую попавшую книгу, чтобы отвлечься, но чтение не захватило, а потому перебрав уйму фолиантов, я вспомнила, что неплохо было бы перекусить.

Спустившись в залу, убедилась, что стол накрыт. И снова нестыковка! Слуги, как сказала Кэтрин, все на хуторе, но здесь кто-то сварил суп из белых грибов, компот из сухофруктов и пожарил шницели с картошкой.

– Жанна! – позвала я.

Повисло тяжёлое молчание, во время которого я услышала тихий всхлип.

Черныш сидел на соседнем стуле и смотрел на меня преданным собачьим взглядом.

– Жанна! – повторила я. – Не прячьтесь от меня, я не сделаю вам зла, а только помогу!

– Бегите отсюда, – прошелестело где-то над головой.

От неожиданности я вздрогнула. Снова тот же совет, но дело в том, что бежать некуда, мне не известна дорога назад.

– Я покажу вам дорогу, – некто не сдавался.

– Когда? – напряглась я.

– В полночь.

Как спрячется за горизонт солнце, спуститесь в подвал в первую камеру слева и посмотрите на герцога. А сейчас хорошо пообедайте. Вам будут нужны силы.

– Кто вы?

– Я? – голос запнулся и на некоторое время затих. – Ваш друг, Мила. Больше ни о чём не спрашивайте, всё равно не отвечу.

– Хорошо, – машинально согласилась я и взглянула на кота.

– Мяу, – кивнул Черныш и, привстав на лапки, стянул со стола один из шницелей, который потом с аппетитом съел.

До вечера слова привидения не выходили из головы, я бесцельно бродила по замку, распахивала двери в бесчисленные комнаты, будто искала кого-то, поднималась в башни, благо, входы туда оказались открытыми, а там, устроившись в креслах, смотрела вдаль, на поросшую до горизонта тайгу, и моё сердце сжималось от горя и отчаяния.

Кот ходил по пятам, жалобно мяукал, и, казалось, хотел что-то сказать.

Наконец пробило шесть часов, и показалась карета с двумя мужчинами.