Голь на выдумки хитра. Фантастическая повесть

У ног молодцов лежали обструганные, потемневшие от времени, палки.

– Ты кто? – перекрестившись, выступил вперед тот, что пониже и помоложе, светловолосый, плотный, с круглым добродушным лицом.

– А вы кто? – нервная улыбка скользнула по моему лицу. – Артисты или популисты?

Мужики непонимающе переглянулись.

– Свят, свят, – тоже перекрестился второй, худощавый черноокий брюнет лет сорока пяти, и показал пальцем на дуб. – Ты оттудова?

По их испуганному виду я поняла, признаваться, что я, словно белка, вылезла из дупла, ни в коем случае нельзя.

Надо что-то придумать.

– Заблудилась, – моё внутреннее Я в кои века пришло мне на помощь. – Оттуда пришла.

Молодцы повернулись в направлении моей руки и уткнулись взглядами в лес.

– Из Кирилловки? – поинтересовался светловолосый.

– Ага, – не моргнув, соврала я. – Из Кирилловки. Давайте знакомиться.

– Савелий, сын Иванов, – улыбнулся светловолосый.

– Прохор, сын Ефремов, – представился второй. И добавил. – Черносошенные мы.

Что такое «черносошенные» я не знала, но на всякий случай соорудила на лице восхищение.

– Как величать-то? – отмерли мужички.

– Мария, дочь, – немного подумав, я решила изменить ник. – Дочь Петрова.

– Не Василья девка? – поинтересовался Савелий.

Слово «девка» покоробило, но я его проглотила.

– Василия, – согласилась я.

– Дык мы тебя вспять проводим, – провозгласил Прохор.

Перспектива оказаться в неведомом селе меня не порадовала.

– Это вы пели? – сменила я тему разговора.

 – Спойте ещё, пожалуйста.

– А давай! – махнул рукой Иванов сын.

Ефремов уселся на траву, положил себе на колени доску и начал щипать её сильными, поросшими волосами пальцами. И тут я увидела, что на доске прибиты струны.

– Федосей, Федосей, не паси гусей,

Ты себе, Федосей, наливай по всей!

Уж как наш Федосей наловил карасей.

Сам по воду сходил, сам печку затопил.

Карасей наловил! Ииииииих!

Залихватская музыка преобразила артиста. Он разомлел, на щеках появился румянец, очи засияли.

А я во все глаза смотрела на струнно—щипательный инструмент и думала, что его можно будет дорого продать на аукционе какому-нибудь богатому коллекционеру. Откуда Прохор взял его? Украл из музея? И прикиды они стащили оттуда же! В таком случае, преступников ищут, и я явлюсь в полицию, чтобы сдать их. Возможно, меня наградят и дадут премию. Только бы не посмертно.

– Уж как наш Федосей, – продолжил выводить Савелий, – наловил карасей.