Легко ли быть ведьмой

Над бровями мертвеца проступила сиреневая помада.

Я вздрогнула.

Возле гроба образовался круг желающих попрощаться с усопшим.

Друзья и родственники лобзали его и плакали над мертвым телом, роняя на него горькие, не фальшивые слезы.

А затем к могиле подошел священник. Он положил иконку Божьей Матери на грудь покойнику и запел над ним отпевающие молитвы.

Когда закончил, подбежали шустрые рабочие похоронной фирмы, закрыли новопредставившегося крышкой и вместе с иконой опустили в недра земли.

Неожиданно затошнило, я встала и бросилась в туалет.

А когда освободила желудок, вернулась к недоумевающей пациентке.

– Спокойно, – произнесла я, стараясь не показать ей своей паники, – вы всех мужей так хоронили?

– Как? – оторопела она.

– С иконами на груди, – тошнота снова подступила к горлу.

– Всех, – растерялась Ирина Сергеевна. – Спасибо батюшке, подсказал, как надо…

Она ничего не понимала.

– Спасибо батюшке, – передразнила женщину я. – Благодаря ему умерли ваши супруги.

Дама округлила глаза.

– Разве можно икону, на которую мы молимся, класть в гроб, ведь ее светлый лик сгниет вместе с телом! Вам бы понравилось, если бы ваш портрет положили в домовину? – наконец, я взяла себя в руки. – А эта женщина в синем платье когда преставилась?

– Откуда вы знаете? – побледнела пациентка. – Елена Юрьевна, его секретарша, погибла в автокатастрофе спустя месяц после смерти шефа.

– Что и требовалась доказать, – вздохнула я. – Помада, слюни, сопли на теле покойника отправляются с ним в царство мертвых.

То есть энергетика живых людей смешивается с энергетикой мертвеца. И тут уж кто победит.

– Я умру? – заплакала женщина.

– Нет, вы не умрете, если сможете сами себя вылечить и больше не повторять ошибок, – менторским тоном заявила я и начала обучение восстановлению ауры.

Зазвонил мобильник, но я его уже не слышала.

Глава 6. Порченая

Жизнь протекала по намеченному плану, соперница моя, теперь соперница и по бизнесу, не показывалась, а пациенты приходили с неотягощенными анамнезами.

Елена Юрьевна из поля зрения исчезла, но при воспоминании о ней меня охватывало ощущение тревоги. И я не ошиблась.

В среду она появилась – постаревшая лет на десять и похудевшая на столько же.

Когда села на стул, я увидела в ее ауре огромную дыру.

– Что произошло? – преувеличенно спокойно спросила я.

– Меня прокляли, – залилась слезами пациентка.

Я вопросительно взглянула на нее.

– Мать последнего мужа.