Виновные назначены

– Какая к чёрту планёрка? – вспыхнул Топорков и взглянул на настенный календарь, рекламирующий услуги «Щита». – Сегодня что, вторник?

– Пятница, – запинаясь, пролепетала худосочная старая дева, служащая главным бухгалтером. – Но Кристина сказала, что на внеочередную.

– Кристина что-то перепутала, – зло ответил Сергей, и озадаченные господа-страховщики, пожимая плечами и переглядываясь, ретировались.

Топорков выскочил в приёмную и немигающим взглядом колючих серых глаз уставился на испуганную девушку.

– Ты какого чёрта народ на летучку собрала?

– Но вы же мне сказали…

– Что сказал? Когда сказал? – раздражённо выдохнул разгневанный шеф.

– Когда я вам утром кофе принесла, вы велели всех специалистов обзвонить, предупредить, чтобы к одиннадцати часам на совещание собрались, – залепетала Кристина, лицо которой приобрело цвет её розовой кофточки.

Топоркову почему-то пришло на ум почерпнутое из специальной литературы утверждение психологов о том, что розовое носят женщины, мечтающие выйти замуж, и он закричал:

– Ничего подобного я не поручал! Это я знаю точно, потому что нахожусь, в отличие от тебя, в трезвом уме и здравой памяти.

А ты либо законченная дура, либо специально меня подставляешь! Точно так же, как вчера, когда утверждала, что я в курсе по поводу командировки Алексея Петровича.

Внезапно осознав, что он так и не выяснил, куда и зачем выезжал его зам, Сергей вернулся в кабинет, с грохотом захлопнув за собой дверь.

Буквально несколько минут назад он просматривал в Интернете формы страховых полисов и рекламные предложения конкурентов, стремясь почерпнуть нечто полезное, что, преобразовав, можно использовать как новые методы работы в собственной компании, и вот рабочий день, не успев толком начаться, уже безвозвратно потерян. Почувствовав, что не может ни на чём сосредоточиться, Топорков принял очередную таблетку, запив её глотком остывшего кофе из неубранной бестолковым секретарём чашки.

– Это не со мной, это с этой рыжей стервой что-то не в порядке, но я с ней разберусь, – пообещал себе Сергей и ушёл пораньше на обед, надеясь, что вкусная еда вернёт былое хорошее настроение. Проходя через приёмную, он с неприкрытым презрением взглянул на прячущую заплаканные глаза Кристину.

Вернувшись домой, Топорков с облегчением опустил на пол два объёмистых пакета, тонкие ручки которых оставили глубокие следы на пальцах.