Анна – королева франков. Том 1

В основание новых валов приказал поместить огромные бревенчатые срубы-клети, которые рабочий люд набивал лесом и строительным мусором, а потом присыпал землей. Сверху же все обкладывалось дерном, чтобы он, прорастая, укреплял валы и предотвращал их осыпание.

На вершине валов возвели еще и стены, на которых с внутренней стороны установили продольные галереи-гульбища, обмазав их глиной, чтобы не так огню поддавались.

Расположив город на самом высоком месте, Ярослав учел даже то, что нападающие не смогут увидеть, что будет происходить за его стенами.

Исключение составила только та часть города, которая примыкала к Лядским воротам, которые находились возле Козьего болота, поскольку в этом месте часть нового города находилась на склоне и просматривалась со стороны Крещатой долины, на которой перекрещивались дороги, ведущие на юг, запад и восток от Киева.

Прошло ещё два с половиной года, как Ярослав с семьёй обосновался в Киеве. Они по-прежнему жили в хоромах его отца, оставшихся ему в наследство.

Строительство нового окольного двора продолжалось, и его к этому времени уже окружали земляные валы и рвы с водой. В нем появилось много каменных зданий. Весной приступили к строительству Золотых ворот, которые имели для него оборонное значение и служили главным въездом в киевский Верхний город с южной стороны. Он назвал их так по примеру Золотых ворот Царьграда.

Вместе со двором переехал в Киев и Андраш, герцог унгарский[40 - Венгерский], который был вынужден скитаться по Европе после того, как его отца Вазула – главного претендента на престол и заговорщика – по приказу первого христианского правителя Унгарии[41 - Венгрия] Иштвана I арестовали, а затем ослепили и залили свинец в уши, а трое сыновей были вынуждены бежать из страны, чтобы их не постигла подобная участь.

Поскитавшись по Европе, Андраш вместе со своим старшим братом прибыли к Ярославу, имея на руках письмо от его младшей сестры Премиславы, жены унгарского герцога Ласло Лысого, который был родным братом их изувеченного отца.

Великий князь Руси дружелюбно принял изгнанников, оказавшихся ему пусть и далекими, но все же родственниками.

Уж так было угодно судьбе, что Андрашу приглянулась Анастасия, а он ей. Долгое время они скрывали свои чувства, хотя Ингигерда замечала, как ее дочка, весёлая и общительная, в присутствии молодого человека вдруг становилась тихой и покрывалась румянцем, бросая на него смущенные взгляды. Она становилась неловкой, и всё валилось у неё из рук.