Анна – королева франков. Том 2

Анна облегченно вздохнула, прогоняя из души щемящую тоску, и позволила улыбке застыть на ее бледном лице.

И вдруг Анну пронзила мысль, от которой она похолодела. Как и матери, ей придется всю оставшуюся жизнь делить ложе и рожать от нелюбимого мужа, которому поклялась быть верной, и учить тому же дочерей, если они у нее будут, при этом мечтая о другом мужчине. О другом…

Анна судорожно сделала несколько глотков вина, отчего в голове зашумело. От грешных мыслей щеки ее запылали. Ей было стыдно за них: ведь она, венчанная перед Богом, разделила брачное ложе с мужем, но в сердце его не было, да и в душе тоже.

Какой кары ждать ей от небес за свой тяжкий грех? Анна непроизвольно вся сжалась в комок, словно ее вот-вот поразит огонь небесный…

Однако ничего не произошло: молния гнева Господня в пепел ее не обратила. Её взгляд опять остановился на графе Валуа, как всегда непокорном, своенравно сверкающем черными глазами и дьявольски привлекательном. И Анне пришлось признать, что все то, чему ее учили строгие наставники в родительском доме, включая матушку, разрушилось здесь и сейчас.

Превратилось в прах, когда в ее жизнь смело и уверенно вошел с дерзкой улыбкой Рауль де Крепи, пробудив в ней безумное чувственное влечение к себе.

Выходит, её зря готовили быть образцовой христианской женой и королевой, и она напрасно оберегала свою душу, храня в ней свою любовь и нежность для назначенного ей Богом и отцом мужа. Оказалось, что хранила она их совсем для другого мужчины, которым стал Рауль де Крепи, граф Валуа.

Именно с ним в своих фантазиях она была счастлива, замирала от удовольствия в его объятьях, млела от его страстных поцелуев, запускала пальцы в его шелковистые черные волосы и, охваченная пламенем чувственности, отдавалась ему вся, без остатка…

Анна медленно допила вино до дна, успокаивая расшалившееся сердце, и уже без боязни мысленно произнесла: «Да простит меня Бог за мой грех тяжкий, ибо полюбила не своего мужа!»

Она вновь посмотрела на того, из-за которого ее душа и мысли метались между грехом и благонравием.

Что ж, у неё нет другого выхода, как сохранить все свои чувства к Раулю в самом дальнем уголке своего сердца, окружив их тайной, о которой она никогда никому не признается, даже на исповеди.

А в обыденной жизни она будет самой верной и преданной супругой Генриху, деля с ним радости и невзгоды, и тем самым постарается искупить этот мысленный грех прелюбодеяния.