Ложь в красках правды. Том 1

Не увидев более ничего интересного, младший следователь поднялся на второй этаж.

Здесь находилась спальня, гостевая комната, кабинет хозяина и небольшой тренажерный зал. В спальне дверцы шкафа были открыты, на кровати лежало несколько разбросанных женских вещей: два платья, юбка и джинсы.

– Невооруженным глазом видно, что эта Инна собиралась в спешке, – отметил старший лейтенант про себя и перешел в кабинет.

На столе был идеальный порядок. Компьютер включен, но перешел в режим энергосбережения.

Кресло стояло задвинутым за стол. В целом, ничего необычного здесь он не увидел, кроме сейфа в стене, дверь которого была распахнута. Внизу стояла прислоненная к стене картина с пейзажем среднерусской полосы. На верхней полке лежало несколько папок, а нижняя была пуста.

– По всей вероятности, из сейфа вынуты деньги, – предположил он. – Но кто их оттуда взял? Приехавший гость, жена или они были в сговоре? На этот вопрос должно ответить следствие, если дело не станет глухарем.

Затем он подошел к письменному столу и взял в руку фотографию, на которой убитый обнимал молодую девушку, прижавшуюся к его плечу.

– Красивая, -отметил он про себя и, взяв снимок, отправился к соседу.

– Вы знаете эту женщину? – спросил он его.

– Да, это Инна, жена Максима, – подтвердил тот.

– Откуда она? Местная или приезжая?

– Понятия не имею. Разговора об этом у меня ни с ней, ни с Максом не было.

Старший лейтенант недовольно поморщился и вышел из мастерской.

Остановившись на дорожке перед домом, он посмотрел в сторону соседнего двора и убедился, что из-за плотных и высоких кустов видна только крыша их полицейского автомобиля.

Спустя какое-то время Николай Петрович выглянул за забор, но автомашин уже не было.

– Ну и дела, – сказал он вслух, почесав затылок. Настроения работать не было, и он пошел в дом.

Москва встретила Инну равнодушными огнями фонарей, свечением неоновых вывесок и рекламных щитов. Потоки людей с безучастными лицами сопровождали её и в метро, и на улицах.

Казалось, они засасывали её, как омут, наполняя душу ощущением безнадежности и одиночества. Она чувствовала себя песчинкой в бескрайнем море пустыни, выжженной солнцем.

Город она практически не знала, поэтому ей было все равно куда идти: лишь бы не оставаться наедине со своими мыслями. Вконец измотав себя и физически, и морально, Инна остановилась. Было уже далеко за полночь.