Ложь в красках правды. Том 1

Через несколько минут они снова выпили и также молча продолжили уничтожать еду на столе. Когда тарелки опустели, а спиртное расслабило нервную систему, Никита, откинувшись на спинку стула, подробно рассказал об утреннем разговоре с Лерой и о своих наблюдениях за ней во второй половине дня.

– И что ты думаешь по этому поводу? – спросил он в заключение друга.

– Трудно сказать, какая вожжа ей под хвост попала. По правде говоря, она мне никогда особо не нравилась. Просто я это не озвучивал, чтобы не злить тебя, так как ты был влюблен в нее, как мальчишка.

Конечно, она красивая, фигуристая, да и ножки у неё, дай бог каждому, но интеллектом природа ее всё же не одарила. Никогда не понимал, что тебя к ней так привязало. Если честно, характер у нее хреновый, слишком самоуверенная, ревнивая и эмансипированная. Из таких хорошие жены не получаются. Может, конечно, она в постели сверхгорячая штучка, а так ничего особенного. И не стоит впадать в панику, что она нашла другого. Флаг ей в руки и билет на ёлку.

– Ты так цинично рассуждаешь, потому что сам никогда не влюблялся, предпочитая секс без чувств, эмоций и обязательств.

– Свят, свят, свят… Избави меня, Господи, от этого наваждения. Ну вот ты влюбился… и что? Что поимел от своей любви? Разочарование, боль и унижение. А я обхожусь без этого и весьма доволен своей жизнью.

– Если бы все мужчины занимали подобную позиции, семьи перестали бы существовать как понятие.

– Не надо усугублять. Я не против семьи и женюсь когда-нибудь, но строить ее буду не на любви, а на уважении, общности интересов и дружбе, именно на этих слагаемых, которые в ваших отношениях заслонила собой так называемая любовь.

А она, как известно, имеет одну неприятную особенность – когда-нибудь заканчиваться. Вот она закончилась у Леры, а ты страдаешь. И тебе это нужно?

– Да причем тут нужно или не нужно. Я хочу разобраться, почему она врала мне два последних месяца, когда встретила другого мужчину, и была все это время и его любовницей, и моей.

– Словом, усердно работала на два фронта.

Выносливая цыпочка, – с презрением прокомментировал Андрей и подлил в стопки немного рома.

– Не язви. Мне неприятно об этом говорить, но я пытаюсь понять, как не замечал этого. Впрочем, не буду врать: изменения в ней все же замечал, однако не придал им значения. Но что касается постели… Нет, всё было, как обычно.

– Такого не может быть. Ты, ослепленный своими чувствами, просто не заострил на этом своего внимания или не захотел.