Не могу без тебя… Том 2

Тая слушала молча, а когда Герман закончил свой неприятный рассказ, не удержалась от вопроса:

– А если бы ты не узнал правды, ты бы женился на Тамаре?

Он ответил не сразу, так как у него не было раньше времени подумать над этим вопросом в круговерти других чувств и проблем. Сейчас же он не спешил с ответом, стараясь быть предельно искренним с Таей. Прошло минут пять тягостного ожидания. Наконец он твёрдо сказал:

– Нет. Ребенку бы помогал, если бы был уверен, что он мой. И упал бы перед тобой на колени, умоляя стать моей женой несмотря ни на что.

Кроме тебя, я не представляю другой женщины в своей жизни. Однако наше совместное будущее зависело бы только от тебя.

– Я бы сказала тебе «да» и с пониманием отнеслась к твоему решению, приняв, как есть, твоего ребенка.

– Нет, ты все же действительно чудо из чудес, – простонал Герман и припал к ее губам в благодарном поцелуе.

За окном, как обычно не зашторенным, занимался рассвет. Несмотря на возбуждение, которое еще витало в воздухе, глаза у Таи стали слипаться.

Понимая, что проспит начало рабочего дня, она написала Рите, чтобы заменила ее, так как на работу не выйдет и позвонит после обеда. С чувством выполненного долга она уютно уложила голову на плечо Германа и, поцеловав его в шею, сразу же заснула. Услышав ее ровное, тихое дыхание, он тоже позволил себе отправиться вслед за ней, подумав с улыбкой, что было бы хорошо встретиться с любимой и в царстве сна. Ему даже на секунду не хотелось с ней расставаться.

Глава 18

Тая проснулась первой и долго рассматривала лицо Германа.

Ночью было не до этого. Оно у него похудело, загорело, стало строже из-за новых морщин, появившихся возле рта. Сейчас лицо было расслабленным, и что-то трогательно-детское неуловимо просматривалось в нём. Тая не удержалась и поцеловала Германа.

Он тотчас открыл глаза и улыбнулся ей своей мальчишеской улыбкой, которая сводила ее с ума. Мгновение – и она уже оказалась на спине, а его руки размножились по всему ее телу: они были везде, доставляя неимоверное удовольствие.

Страсть вспыхнула в них, как сухой хворост. Тая, не пытаясь бороться со стонами, выгибалась навстречу горячим мужским губам, забывая о том, на каком она свете. Ей было абсолютно не важно это – лишь бы там с ней был Герман. И он ее не отпускал, даря эмоциональное и телесное удовольствие.

Когда в бессилии они откинулись на кровать, Тая услышала:

– С добрым утром, любимая!

– Да, утро поистине доброе, – засмеялась она.