Не могу без тебя… Том 2

Потом расскажешь, что из всего этого получилось.

Попрощавшись с другом, Герман поспешил к своему дому. Поднявшись на свой этаж, позвонил в дверь Тамары. Она открыла ее быстро, словно ждала его. В глазах вспыхнула победная радость, но она поспешила скрыть ее за своей суетливостью.

– Проходи в дом, – сказал она, отступая в коридор.

Герман прошел мимо, постаравшись не прикоснуться к ее телу, и направился в гостиную. Следом за ним вошла она. Он сел в кресло и показал ей рукой на диван. Тамара скромно села, поправив блузку на своём животе и подняла на него невинно-вопрошающий взгляд.

У Германа внутри все скрутилось от отвращения, и в эту минуту он вспомнил письмо Таи о том, что люди, играя свои роли, надевают необходимые в этот момент маски.

– И когда ты собиралась мне сказать, что у тебя ребенок от Миллера?

Тамара от неожиданности дернулась, а потом побледнела, прикрыв рот рукой, словно пыталась таким образом приостановить вскрик, который чуть не вырвался наружу. А потом ей стало плохо.

Герман растерялся, не понимая, играет она очередную роль или на самом деле ей стало дурно. Все-таки беременная. Оборвав свои размышления по этому поводу, он поспешил в кухню и, набрав в чашку воды, вернулся обратно.

Тамара мелкими глотками пила воду, не глядя на него, а потом, заикаясь, спросила:

– Кто тебе сказал?

– Добрые люди.

– Ага, так -таки и добрые. Вечно суют свои любопытные носы в чужую жизнь. А то, что ее разрушают своими сплетнями, это ничего, да?

– Ты называешь сплетнями правду? И считаешь, что права, осуждая их? Но ты не ответила на мой вопрос.

– Никогда.

– Что никогда? – не понял Герман.

– Никогда бы не сказала, что сын не твой.

– И это ты считаешь порядочным?

– Выживаю, как могу. Мне некому обо мне позаботиться.

– А Миллера в расчет не берешь?

– Нет. Он женат и не собирается разводиться, а я так, интрижка на стороне…

– Которая до сих пор длится больше года, – закончил он вместо Тамары.

– Ты уже и об этом знаешь… А Дима мне сразу сказал, чтобы я ни на что не рассчитывала, что никогда не уйдет из семьи.

– Так ведь я тоже сказал тебе то же самое после той ночи.

– Ты холостой. И не осуждай меня за то, что я попыталась женить тебя на себе. Я была бы тебе хорошей женой, честное слово.

– И изменяла бы мне так же хорошо с Миллером или кем-то другим, пока я был в командировках.

– Не знаю. А Димку я люблю.