Танцующие под дождем. Том I

Лесть и его движения дают знать о нем все больше и больше. Я имею в виду, кто еще так делает? Он другой, я восхищаюсь им.

– Откуда у русской девушки столь необычное имя? – прозвучал вдруг неожиданный вопрос.

– О, ларчик просто открывается: моя мама была поклонницей Дайаны Росс, особенно её альбома «Why Do Fools Fall in Love». Поэтому, когда я родилась, вопрос о выборе имени перед ней уже не стоял. Но имя не повлияло на мои вокальные данные, поскольку их у меня вовсе нет. В детстве меня больше звали Дана. Да и мама тоже.

И только когда она за что-то сердилась, всегда обращалась ко мне Дайана. Мне моё имя очень нравится, и в первую очередь за то, что ни в детском саду, ни в школе, ни в университете не было больше ни одной девочки или девушки с таким именем.

– Согласен с тобой. Имя у тебя красивое.

Мне нравится не сводить с него глаз. Мне нравится, как он смотрит на меня. Мне нравится, как он произносит мое имя. Мне нравится его улыбка. Мне нравится он сам.

– Рада, что смогла помочь удовлетворить твое любопытство.

Мои пальцы скользят по серебряным приборам, потом зачем-то кладу на колени салфетку, хотя есть ничего не собиралась. Словом, машинальный жест, вызвавший у него смех.

– А ты не хочешь узнать, как зовут меня? Это общение на «ты» так уместно, что, не вызывая психологического отторжения, невидимой нитью связывает нас, приблизив друг к другу.

– В принципе, я…

Впрочем, мне не стоило продолжать дальше. Лучше сделать вид, что у меня опять возникла проблема со словарным запасом.

Хотя… его ответ был для меня не важен. Но он представился:

– Бретт Витторио Джардини.

– О, знойный итальянец?

– Типа того, – звучит ответ, пронизанный уже светлой улыбкой, и я тону в глубине его синих, как аквамарин, глаз. – Если точнее, мама англичанка, а отец сицилиец. Я тоже.

Волшебство момента нарушает голос Винса у меня за спиной:

– Дана? Вот ты где! А я и не заметил, как ты перекочевала за другой столик. Пришлось поднапрячься. Звонил на твой телефон, но ты оставила его в своей сумочке.

Не познакомишь?

– Нет, – отвечаю категорично и излишне резко.

Он смотрит на меня с укоризной, засунув руки в карманы брюк, словно я провинилась. Папочка хренов. И принесла же нелегкая! Мне хочется от злости закричать, но я беру себя в руки и в качестве поощрения себе улыбаюсь Бретту. Затем медленно перевожу взгляд на Винса, не понимая, что его держит до сих пор здесь и что ему нужно от меня. Так и хочется крикнуть ему в лицо: отвали.