Отбор невест для драконьего принца: провести и не влюбиться

– И что он сказал? Разозлился?

Берт усмехнулся, и я поймала себя на мысли о том, что давно ни с кем вот так запросто не гуляла. Был вечер, мы брели по тихой улице, откуда-то издалека доносилась музыка – в парке играл оркестр. Прохожие косились в нашу сторону с интересом, и я впервые подумала, что, должно быть, действительно безобразна, раз в их взглядах, направленных на Берта, столько сочувствия.

Теперь главное вести себя спокойно. Не таращиться на дракона, как дурак на пряник, а быть вежливой и непринужденной и повторять: у нас только деловые отношения, не более того – не надо думать, что Берт мужчина, он всего лишь помогает организовать и провести отбор невест, не надо разбивать себе сердце напрасными надеждами на то, чего никогда не случится…

– Разумеется.

Государь планировал однажды вернуть Эжена и женить его на одобренной особе, – ответил Берт. – Но он сказал, что его младший сын уже совершеннолетний и способен сам выбрать свою судьбу и дорогу. Понимаете, что это значит.

– Отбор невест состоится, – ответила я. – Но Эжен никогда не вернется в столицу. Он останется в Тансворте.

Во взгляде Берта появился искренний интерес – похоже, я оказалась умнее, чем он ожидал.

– Верно, – Берт скользнул взглядом по пестрой афишке местного театра, усмехнулся чему-то своему и спросил: – Вам нравится ваша работа?

Я рассмеялась. Пожалела о том, что у меня нет с собой кружевного зонтика – я могла бы его вертеть в руках и хихикать, как это делают все барышни, когда джентльмены задают им вопросы.

Но я не барышня. Я совладелица конторы по организации праздников, и сегодня у меня было больше приключений, чем за всю прошлую неделю.

– Она приносит интересные знакомства и подвиги, – ответила я. – А у вас есть какое-нибудь занятие?

Берт улыбнулся – и ему очень шла улыбка, она словно бы озаряла скуластое лицо изнутри, делая его мягким и живым. «Даже не думай на него таращиться», – приказала я себе.

– Сейчас это помощь вам в организации отбора невест.

А так… дружба с его высочеством во многом и есть работа.

– А увлечения? – поинтересовалась я, понимая, что спрашиваю много лишнего, и Берт вполне может ответить, что это не мое дело.

– Только не смейтесь, – сказал он. – Живопись.

Надо же! Он сидит за мольбертом и создает пейзажи, натюрморты и батальные сцены!

– Что обычно пишете? – полюбопытствовала я, и Берт посмотрел на меня так, словно я вновь умудрилась его удивить.