Не могу без тебя…

Молодой человек присел перед ней на корточки и приподнял ей голову пальцами, вглядываясь пристально в лицо.

Понимая, что ситуация выходит из-под контроля, Тая резко замолчала и вытерла рукой выступившие на глазах слёзы.

– Я о вас ничего не знаю, так как никогда до настоящего момента не видела. Возраст ваш приблизительно вычислила по внешнему виду, а остальное – пальцем в небо, используя цыганский приём, основанный на общих фразах, применимых к большей части людей. Если бы не совпало, внесла бы другие уточнения.

Так что выдохните и успокойтесь. Если честно, не понимаю, почему вы так остро отреагировали.

Мы ведь просто дурачились, как это обычно случается во время знакомства: ведь других тем для разговора у нас с вами нет. А сейчас прошу меня извинить, так как я покидаю пляж и отправляюсь в свой номер. Вам же желаю приятно провести оставшееся пляжное время.

Тая, больше не говоря ни слова, надела на себя сарафан, положила в сумку солнцезащитные очки и полотенце и, взяв в руку шляпу, пошла, не оглядываясь, к зданию гостиницы.

Герман стоял не шелохнувшись, молча наблюдая за сборами девушки. Тяжелым взглядом он проводил ее до конца пляжа, а затем вернулся на своё место, лег на шезлонг, закинув руки за голову, и закрыл глаза.

Он стал перебирать в памяти все подробности знакомства с Таей. Она сразу приглянулась ему, как только они встретились глазами. Девушка отличалась стройной фигурой и красивой формы длинными ногами. В ней было минимум искусственности и максимум естественности.

Не нужно было иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, что она следит за своей фигурой и без фанатизма занимается спортом. Отсюда ее тонкий стан, грациозный и легкий, а подтянутое тело просто излучало здоровье и красоту.

В традиционном смысле красавицей её назвать было трудно, но что в её облике его привлекало.

Небольшое слегка округлое лицо заканчивалось низкими скулами. Под челкой удивительно аккуратно прорисованы черные дуги бровей над большими серо-голубыми глазами. Слегка вздернутый носик придавал ей какое-то еле уловимое озорство, а полные губы складывались в загадочную полуулыбку.

Во время их разговора её цвета спелой пшеницы волосы были аккуратно подобраны вверх и связаны в узел, а когда она, уходя, тряхнула головой, они упали на прямые плечи волнами.

Герман попытался воссоздать в памяти лицо девушки – и оно предстало перед ним живым, сияющим, с искренней улыбкой, от которой под глазами появлялись крошечные морщинки.