Пространство Хрустальных Дворцов. Роман -фэнтези

Например, он часто говорил со мной о бессмертии души, о том, что после смерти душа человека не умирает, а переселяется в другой мир и живет там какое – то время, пока не придет ее час снова на землю вернуться. И говорил мне дед, что мир этот необыкновенно прекрасен, там душа отдыхает и набирается сил перед следующим воплощением. У деда раньше было несколько старинных книг на эту тему, странных, в необычных переплетах, обтянутых кожей и украшенных настоящими драгоценными камнями с золотыми и серебряными буквами на обложках.

Он их прятал, никому, кроме меня, не показывал – запрещенными они были. А я в те годы мало интересовался подобной литературой, а жаль. Книги пропали после его смерти, кто нашел и опустошил тайник – я не знаю, возможно, местные бродяги клад искали в дедовской избушке, а напали на книги – и со злости сожгли их. Дай Бог еще, если ума хватило их кому – то продать, может, и лежат сейчас где – то упрятанные в какой – то частной библиотеке. Так или иначе – эти старинные издания для меня навсегда утеряны, а цена им – выше любого клада, потому что нет ничего в этом мире дороже знаний.

Ну да я немного отвлекся. Так вот – о продолжении этой истории.

Через два года после того, как Степан Афанасьевич коренным образом изменил свою жизнь, ушел от цивилизации и поселился в этих краях, в один из дождливых осенних вечеров к нему в окно кто – то постучал. Дед гостей не ждал, но дверь открыл – мало ли что с человеком может в лесу случиться в такую погоду, на то он и лесничий, чтобы помогать уставшим или заблудившимся путникам.

На пороге стоял высокий черноволосый человек лет двадцати пяти. Одежда на нем была вся мокрая, да это и понятно – дождь, но дело в том, что одет он был не по сезону: на дворе – конец ноября, а он в светлом летнем макинтоше и тонком сером костюме – нарядном, изысканном, но очень уж старомодном, как будто из прошлого века. Казалось, что человек свататься пошел, а костюм одолжил в местном драматическом театре.

Сказал незнакомец, что зовут его Захаром и что живет он здесь неподалеку – в деревне, принадлежащей его тетке – помещице Ганзе Медзинской.

Неделю назад он в лес ушел, хотел с Полиной поговорить.

– Ты, лесник, должен знать ее, она тоже где – то в сторожке лесной живет, – говорил он деду, – я долго за ней шел, сбился с пути, потерял дорогу. А она то покажется между деревьев, кажется, рукой к себе поманит, то опять исчезнет. Даже не знаю, сколько дней я за ней гонялся, коня потерял, ослаб совсем.