Захолустье. Мой путь

Ну ладно, значит надо импровизировать, как на любом школьном спектакле, когда что-нибудь обязательно идёт по косой.

Я тоже кланяюсь. Сперва Ларию, потом залу… мама Толли не улыбается, смотрит напряжённо. Юра пристально разглядывает меня. Он уже не выглядит таким сонным! Маленький Август ковыряет в носу. Так смешно! Всё серьёзные, а этот…

И я улыбаюсь. И всё – будто какие-то завязочки оборвались, типа этой дряни на чулочном поясе! Мне так свободно. Словно я вспомнила роль.

– Добрый вечер, собратья по Ордену! Благодарю за оказанную честь.

Это очень важно для меня и для вас…

И дальше я уже знаю, что говорить. Потому что, если честно, когда я думала, что вырасту и стану актрисой, я репетировала награждение. Ну, не «Оскара», но что-то такое, важное и прекрасное. Как мне что-нибудь вручают, и я стою со статуэткой и говорю такие тупые… такие прекрасные слова. Яркие и бессмысленные, как золотая обёрточная бумага.

Я и сейчас так говорю.

– Обещаю себе и вам, что буду и впредь служить делу нашего Ордена.

А потом я разворачиваюсь к экрану. И вывожу момент своей аварии. Показываю, как папу вытаскивают из-за руля и бьют о багажник. Как я сижу на бордюре и смотрю на нашу машину. А там дым. И как мне страшно, тоже показываю!

Экран гудит от напряжения, рядом с ним почти жарко, у меня волосы встают дыбом, дышать сложно… хочется обернуться на зал, посмотреть, как они реагируют, заряжаются моими эмоциями. Но я смотрю на экран. На своё изображение.

Ларий подходит в плотную, становится у меня за спиной, шепчет.

– Покажи свой уход!

Я разворачиваюсь. Зал ждёт. Они смотрят на меня так, будто я их надежда.

И я показываю свой последний день в своём реальном мире.

Как у меня было видение про эпидемию. Как я пришла в школу на наш спектакль к Восьмому марта, перед самым началом вышла на сцену и тоже посмотрела в зал. Собрала всю энергию, все свои способности. Чтобы те, кто был в зале, оказались под защитой моей силы. Чтобы их не коснулась болезнь, которую я предвидела.

Там в зале не было моих родителей, но там сидели другие люди. Бывшие одноклассники, учителя… но я не выбирала, кого мне спасать. Просто была с ними. Отдала им все эмоции. И страх, и любовь, и вообще всё, что у меня было. Перегорела эмоционально. И потом меня перекинуло сюда. И обратно не пускает.

Я это всё показываю на экране: без слов, но, наверное, всё равно было понятно.

Ларий обнимает меня за плечи и протягивает платок, белый в синюю клетку.