Захолустье. Мой путь

Август опять убегает на кухню. Оказывается, он знает, где у нас тряпка и вообще легко ориентируется в доме.

– Ему не пора в дом милосердия? – как-то слишком сердито спрашиваю я.

– Август теперь будет жить у нас, – спокойно говорит мне мама Толли. – Вы выросли, мне нужен малыш, а малышу мама.

– А. Понятно.

Я не знаю, что сказать.

– А где… где он будет? В моей комнате?

– Ну что ты! Ты наследница Ордена, – мама Толли качает головой.

Возвращается Август с тряпкой.

– Всё здесь протри!

Мама Толли подхватывает стянутую в узел скатерть.

– Пойдём, капелька, поможешь мне её вытряхнуть!

На крыльце снова ветер! Огни в домах мигают из-за него, тени скачут. Ящерка на флюгере мотается так, будто хочет поймать себя за хвост.

Мама Толли хватает скатерть за углы, ветер подкидывает белую ткань вверх, потом опускает, потом опять… Я стою без дела.

И без пальто.

– Мне не нравится выбор Лария, но тут ничего не поделаешь, – говорит мама Толли, наклоняясь к моему уху.

– А почему он…

– Не знаю, Дым.

Сама у него потом спросишь. И послушай, пожалуйста… Будь теперь аккуратна и осторожна, думай над своими поступками и словами!

– Да, да. Конечно. Обязательно.

– Приглядывайся. Смотри, как реагируют другие, и уже потом реагируй сама. Поняла меня?

Это совсем как в театралке. Нам то же самое говорила Оксана Александровна. Наша КсанСанна. Надо наблюдать за чужими реакциями, чтобы потом было легче их отыграть. А тут это зачем?

– Наблюдать, чтобы что?

– Мама Толли! Ты где? – Август высовывается из двери.

– Капелька, иди домой, тут холодно.

– Вам тоже холодно!

– Мы с Дым взрослые! – строго говорит мама Толли.

И мне это очень нравится. Хотя сейчас не до мелких удовольствий.

– Почему я должна следить? За кем?

– Ну… сама разберёшься, ты же умная!

Я не умная. Я другая, нездешняя. И я никак не могу понять очень многое. То, как этот мир устроен. Но я и у себя там тоже многого не понимала.

Я брожу по комнатам, собираю чашки и салфетки. Замечаю, что в комнате мамы Толли рядом с её постелью, на диванчике, на котором она обычно сидит с вышивкой или вязанием, теперь стопкой сложено постельное бельё.

Детское, с узором из каких-то котят. А ещё подушка и одеяло, тоже маленькие. Это для Августа. Он теперь будет спать в нашем доме, в комнате мамы Толли.

Я сразу вспоминаю про Тай. Она вроде хотела спать в книгоубежище. Но подушки и одеяло не запасла. Может, ей надо принести? Жалко, что нельзя ей позвонить, написать.