Арабские звезды сияют ярче

– М, какое интересное имя, – протянул он то ли с восторгом, то ли с разочарованием, насмешив Богдану, хотя она даже не улыбнулась, а сказала:

– Богом данная – перевод с русского на русский. Теперь ваша очередь представиться, господин… э….

– Маслов. Арсений. Но ради бога, не называйте меня господином, звучит как-то… (Подходящих слов не нашел и ладно.) Между прочим, здесь достойная кухня, у меня есть несколько любимых блюд… Вы разрешите вас угостить?

– Что вы, – без возмущения в интонации произнесла Богдана.

 – Это нехорошо, мы даже незнакомы…

– Уже знакомы. Я настаиваю в качестве благодарности. Моей матери сложно угодить, мне не удавалось и вдруг – бац! Мой подарок понравился, она впервые меня не пилила за дурновкусье. Не боитесь попробовать необычное блюдо?

– Я ничего не боюсь, – заверила она.

– Тогда оленина. Подается эффектно, в авангардном стиле.

Диалог покатился органично, легко, будто они знакомы с давнишних времен. Арсений выяснил, правда, без подробностей, что она долгое время жила за границей, там же развелась с мужем, вернулась в Россию семь месяцев назад, нигде не работает, друзей не завела – ей нравится одиночество, уединение.

Не успели познакомиться, а она выдала намек, протянув вторым планом через свою биографию: мне никто не нужен, ты в том числе. Быть заранее отвергнутым… ну, очень неприятная штука. Впрочем, об адюльтере Арсений даже не помышлял, а все равно неприятно. Помимо эффектного блюда, он предложил Богдане попробовать суп из раков, но Богдана отказалась – оленины ей предостаточно, тогда он дополнил ее обед десертом и напитком из ягод. Оленина девушку не впечатлила, больше половины осталось на тарелке, которую она отодвинула, Арсений признал свою кулинарную ошибку:

– Согласен, надо привыкнуть. А паста с белыми трюфелями подойдет?

– Не люблю. Они пахнут, как подвал, набитый потными и грязными телами.

– Странные у вас ассоциации… Ну, не знаю, чем вас накормить.

Она сказала, что сыта, выпила напиток и стала прощаться, Маслов подскочил тоже, не доев свой авангардный обед, у него в запасе было еще одно предложение:

– Нет-нет, я вас отвезу, куда скажете, раз вы остались без колес.

– Мне, честное слово, неловко, к тому же у вас работа…

– Я могу задержаться, – сказал Арсений с намеком, мол, он важная птица.

– Вижу, вы упрямы, поэтому! – подняла она указательный палец. – Доедайте свой обед, потом отвезете, а я подожду.

Тон приказной, в этом есть некий шарм, пришлось подчиниться.