Гербарий из преступлений

 – Не желаю слушать оскорбления в своем доме. Пошла вон!

– Ты мне не сестра! – в гневе выкрикнула Дарья и хлопнула дверью.

Теперь она очень боялась ходить по улицам – вдруг тот мужик опять нападет. Но ничего подобного не случалось. Однажды, встретив Фрола на улице, Дарья подошла к нему и, стесняясь сказать правду о своих страхах, начала издалека:

– Фрол Пахомыч, за мной ходит тот мужик… ну, что напал…

– Тебе кажется, Даша. Никто за тобой не ходит. Ничего не бойся.

Он сказал это уверенно, не оставляя сомнений, и зашагал прочь.

А она, почувствовав легкость на сердце, побежала к Семке, думая, что на этом история закончилась. Жаль было Елену Егоровну и Фрола, но Дарья так молода, а впереди столько непознанного, столько новизны, столько открытий…

Дарья Ильинична сделала паузу, налила себе чаю.

– Извините, мне все же неясно, – сказал Щукин, – Самойлов на самом деле расстрелял полковника или же его оклеветали?

– До сих пор этого не знаю, – призналась Дарья Ильинична.

– Но ведь он стал вашим мужем.

– Видите ли, я рассказала, как понимала тогда события, а где правда, где ложь… не могу судить и сейчас. Он не любил вспоминать прошлое, оно его тяготило. Но я не верю, что Фрол стал палачом друга и что сделал это из-за Елены Егоровны, не та порода. Есть люди, которых не сломить ничем, Фрол был таким, поэтому я уверена: он не расстреливал. И разве одного Самойлова в то время оклеветали? Тысячи людей, тысячи.

– Что стало с тем мужиком, который на вас напал?

– Тоже не знаю.

Я вообще не знаю, кто он был.

– А у вас не было такой мысли, что Самойлов убил парикмахера? Он ведь записку прочел раньше вас, и мне кажется, у него был мотив убить Штепу.

– Хм, – усмехнулась Дарья Ильинична. – Конечно, у меня такая мысль крутилась, поэтому я не сразу бросила обвинения сестре. Если бы не донос, который случайно попал мне в руки, я бы так и думала, что Штепу убил Фрол. Но на Самойлова была организована слишком массированная атака, это даже мне стало ясно.

В заговоре участвовала моя сестра, почерк-то был ее, я его сразу узнала. К тому же в доносе на Фрола было написано «отравил жену». А это уж полный бред.

– Ну, а что было дальше?

– Война была, что о ней говорить. Перед самой войной Самойлова куда-то переводили, он вынужден был отдать мальчиков Огаревых в детский дом. Мужчине его профессии заботиться о двух детях было невозможно.