Кейс, набитый пожеланиями

– А зачем так много?

– Ну, купишь… что нужно. Продукты, например, девочке конфет…

– У нее все есть, – отрезала Лиза и повернулась на раздавшийся стук в дверь: – Открыто.

– Лиза! Куда мне спрятаться? – подскочил Черкесов, но не успел и шага сделать, лишь свалил стул, на котором сидел.

– Всем добрый вечер! – вошел Андрей, снимая шапку, и замер на пороге. Надо сказать, лицо у него заметно вытянулось и стало недружелюбным, когда в поле его зрения попал Черкесов. – Я, кажется, помешал? Извините.

– Не помешал, – нахмурилась Лиза, искоса поглядывая то на Черкесова, то на Андрея.

 – Садись к столу.

– Спасибо, я за переводом, – буркнул Андрей.

Лиза ушла в комнату, вернулась с листами, отдала их Андрею, тот попрощался и ушел. Она молча начала собирать со стола, Черкесов наблюдал за ней…

* * *

Андрей отъехал на небольшое расстояние, позвонил по сотовому:

– Назар? Вези ночник… Для дела! Я у дороги на станцию.

Он положил сотовый в карман и ждал, не спуская глаз с дома Лизы.

Вскоре услышал звук мотора, это на «Ниве» прикатил Назар. Андрей забрал бинокль, приставил к глазам, направив на двор Лизы. Назар заметил:

– Слежка за частным лицом карается законом.

– Лучше заткнись, – вяло бросил Андрей. – Я злой сегодня…

* * *

От неловкости Черкесов стал помогать Лизе убирать со стола, чего раньше никогда не делал, и разбил стакан. Лиза молча собрала осколки, бросила в мусорное ведро. Чтобы замять инцидент, он нарушил паузу робким вопросом:

– Он что, приревновал тебя ко мне?

– Не говори ерунды, – раздраженно ответила она.

– Хочешь, скажу ему, что между нами ничего нет?

– Не лезь не в свои дела. Знаешь, иди-ка ты… в баню!

Черкесов оделся и вышел во двор…

* * *

Андрей дождался, когда Черкесов закроет за собой дверь бани, опустил бинокль и довольным тоном произнес вслух:

– Порядок. Поехали домой.

* * *

С газом вышла заминка: у Лизы ведь не было документов на дом Черкесова. Два дня она безрезультатно пыталась добиться подключения, пока кто-то не посоветовал дать взятку.

Ну, а она сообщила об этом Черкесову, ведь платить придется ему.

– Ну, конечно! – воскликнул он, так как ему неприятно было положение нахлебника. И вдруг вспомнил, что теперь не является обладателем больших денег, и добавил: – Только в разумных пределах. Ну и народ у нас – всем только дай! – И осекся, потому что вспомнил, как сам неоднократно брал… благодарность, выраженную в денежной сумме.