Любовь к таинственности, или Плохая память

– И кто приказывает возбуждать?

– Ай, да перлы местной власти… – опустив текст, покривилась Зоя. – Понимаешь, у меня идиотская привычка в смысл вчитываться, а вчитываясь, я сатанею от нелепицы и спотыкаюсь на словах.

– Это еще ладно… Ты сидела на эфире и не слышала, что наш зам мэра выдал в интервью. Цитирую: «Надо все дома покрасить в трехфаллосный цвет». – Зоя закатилась от хохота. – Наверное, зам мэра хотел сказать в триколор, но его фаллос, очевидно, в тот момент находился в актуальном состоянии.

А наши пропустили фразочку. Ой, что будет…

– Не слышала, иначе скончалась бы на месте. Слава богу, я читала следующую подводку к новостям. Хотя какие у нас новости? Откуда? Ни одного острого репортажа нельзя сделать, потому что любая критика будет выпадом против администрации города.

– Тебя это заботит?

– Конечно. Не век же я буду торчать тут, мои профессиональные качества просто тают на почве «все хорошо, прекрасная маркиза». При первом же удобном случае уеду.

– У тебя никогда не будет такого случая, – «обнадежил» Смехов.

 – Мы все обречены прозябать в провинции и кланяться в пояс барам. Кстати, тебя искала Жертва Каракурта.

Так за глаза называют бывшую жену директора. Он с ней давно развелся, но предоставил работу на своем канале. «Доброта» из дамочки тоже льется водопадом, как из Валентины, только в десять раз мощнее, за что и получила злую кличку. Зоя давно пришла к выводу: женщины-начальницы – настоящие исчадия ада.

– Ей-то что от меня нужно? – озадачилась она.

 – У меня монтаж. И так чертовы новости забрали время, теперь, боюсь, не успею.

– Что ваяешь?

– Заказуху. Фильм о гуманных акциях отдела администрации по борьбе с молодежью.

– Ты договоришься…

– А что я не так сказала? – вскинула брови Зоя.

– Отдел по делам молодежи, а не по борьбе с молодежью.

– Точно, договорюсь. Пока.

В коридоре ее перехватила Жертва Каракурта – координатор. Что координирует бывшая жена – одному шефу известно, но она очень деятельная натура, эдакий гибрид перпетуум-мобиле с иерихонской трубой.

Что можно сказать о ней еще? Внешне – Савелий Крамаров в женском варианте. Пожалуй, все.

– Зоя, я уже собралась в розыск подавать! – завизжала Жертва Каракурта. – Живо к директору!

– Зачем? – притормозила Зоя.

– Что за вопросы? Он требует тебя!

Смехов, проходя мимо, шепнул:

– Учти, он не в духе. Сегодня день зарплаты.

Деньги отдавать шеф страсть как не любит.