Любовь к таинственности, или Плохая память

Но в минуты раздражения на тех же лиц она обещала себе:

– Я им устрою…

В самый разгар сборов в дом приехал озабоченный дядя Федор с молодым мужчиной, который представился Сашей. Он будто спрыгнул со страниц романов Майн Рида – был высок, плечист, скуласт, с синими глазами и волосами цвета спелой пшеницы. Дядя увлек отца в кабинет, а Лидочка тут как тут – под дверью.

– Ему всего-то и надо, что переждать некоторое время в укромном месте, – говорил дядя. – Полагаю, твоя дача подходящее место.

– Захотят, его найдут везде.

– Пока не ищут. Это предохранительная мера. Саша ушел в отпуск, куда он уехал – не догадаются. А мы тем временем докажем, что поломка произошла по вине конструкторов, никакой диверсии нет. Мы обязаны доказать.

– А вдруг он все же виноват? Что тогда? – нервозно спросил отец. – Не забывай, у меня трое детей.

– Раньше ты был великодушней, – упрекнул его дядя Федор. – Или твое великодушие распространяется только на юных дев?

– Перестань! – повысил голос отец.

 – Хватит меня терзать. Между прочим, тебя я тоже могу упрекнуть. Ведь именно ты предал меня, рассказал Анне о моей связи с Ириной.

– Не предал, а поступил, как должен был поступить на моем месте порядочный человек. К сожалению, Аня от борьбы за семью отказалась, ушла из жизни. И потом, братец, давай уточним, что есть порядочность. Ты спутался с Ириной, забыв о детях и жене. Ты это называешь порядочностью? Извини, но твоя «порядочность» свела в могилу Аню. А ты даже год… да что там, полгода не выдержал траура, поспешил жениться.

– Ирине нужна была другая фамилия, – начал оправдываться отец.

– Правильно, нужна. Как щит нужны твое имя и должность главного инженера, в котором сейчас нужда, чтобы уж наверняка не вспомнили, где ее родители, и не пришли за ней.

– Ты так говоришь, потому что она отвергла тебя.

– Да, поначалу мне было обидно, я ведь любил ее. Но, мой дорогой, открой глаза пошире. Женщина, которой дали кров и пищу, не должна лезть в чужую постель хотя бы из благодарности.

А она влезла и между нами, потому что понимает: я могу раскрыть твои глаза. Запомни: Ирине нужно лишь твое положение, а не ты. Значит, отказываешь Саше?

Пауза. Лидочка прильнула к замочной скважине. Она никогда не видела отца таким потерянным, с трусливо бегающими глазами.

– Не знаю… я… боюсь, Федя.

– За Ирину боишься? – Лидочка про себя отметила: дядя удачно поддел отца, у того просто скулы свело. – Что ж, сторожи свою жену.