Магия убийства

– Изрешетили, – сказал эксперт за спиной.

Он был похож на садиста из фильмов ужасов – длинный, худой, с кажущимся изможденным лицом и в очках. Эдакий Доктор Смерть. Но это как раз был тот случай, когда внешность обманчива. Семен Семенович был человек добрый и веселый, правда, чувство юмора у него весьма своеобразное, не всегда понятное Нике.

– Автоматом? – по-деловому спросила она. Не сама дошла, а слышала об автомате, когда переговаривались Платон с Валдисом.

– Ага, – подтвердил Семен Семенович. – Тут гильз полно.

Почти в упор стреляли. Трупу чуть больше суток. Дырочки в этом большом теле я у себя в морге подсчитаю, чтобы точно сказать, сколько всадили пуль, но думаю, всю обойму выпустили. Абсолютно не экономные люди. И что примечательно – по низу живота прошлись.

– Почему примечательно? – Наконец она смогла отойти от трупа, выдержав экзамен на прочность! Только немного шатало.

– Потому что обычно стреляют, чтобы убить наверняка. – Это сказал Сократ Викентьевич. – А «наверняк» располагается точно в области груди, где сердце, то есть мишень приличная.

Ну, там еще и легкие есть, которые не любят пуль, потому обычно стреляют по груди.

– А почему этого по низу живота?.. – Ника не договорила, так как проглотила внезапный приступ тошноты и вытаращила глаза (в них опять потемнело).

– Карлик, наверное, стрелял, – подал глупую идею Платон, стоявший у трупа, заложив руки в карманы брюк и нарочито показывая: мне все нипочем. Он вальяжно приблизился к Нике. – Выше автомат не поднял, потому что тяжелый.

Ника, ты чего упала?

Вопрос он задал тоже глупый и тихо-тихо, не для посторонних ушей, но она ответила громко, чтобы все слышали:

– У меня вегетососудистая дистония. Это болезнь такая… – Ой, дура! Теперь все эти мужики будут думать, что она смертельно больной инвалид. Ника поспешно изменила тему: – Где свидетели?

– Мы их отпустили, – сказал Холод.

– А по мне, так никакой разницы – куда стреляли, – сказал опер из уголовного розыска с пропитым лицом.

 – Застрелили – и дело с концом. Вы лучше подумайте: чего он сюда приперся? Место глухое, кафе-бара нет, чтобы водки выпить. Что ему в зарослях понадобилось? С кем он пришел? Мы ни одного следа не найдем, тут трава везде по колено. А кто-то ведь пришел с ним. И автоматик случайно в кустах нашел.

– Меня, признаться, все эти вопросы не волнуют, – вздохнул Сократ Викентьевич. – Убитый был исключительной мразью, должно быть, подобная же мразь и расправилась с ним.