Ночи с Камелией

Марго долго выбирала ноты, мысленно читая музыку, в конце концов выбрала, расплатилась за два сборника и с облегчением вздохнула: можно домой.

Садясь в коляску, она обратила внимание на господина Неверова, стоявшего рядом с экипажем Вики Галицкой. Оба о чем-то беседовали с серьезными лицами, будто у них шел тайный сговор, притом Вики постоянно оглядывалась, но Ростовцеву не заметила.

Экипаж Галицкой тронулся, Неверов запрыгнул в коляску, где сидел белокурый молодой человек надменного вида и в мещанской одежде. Марго приказала кучеру ехать домой, сама же наблюдала за Неверовым.

Зная спесивого и надменного Ореста, она, признаться, была удивлена, что он запросто, даже по-дружески, беседовал с молодым человеком явно не его круга. Кучер правил навстречу его коляске. Орест Неверов увидел Марго, кивнул. Она успела заметить, что молодой человек спросил у него о ней. Странно…

Утром она явилась на отпевание покойника и ужаснулась: Прасковьи Ильиничны не было! Дети, родственники, друзья и знакомые пришли, а она… Зато Виссарион Фомич прибыл лично, стоял в сторонке и поглядывал на людей, заполнивших церквушку.

Протиснувшись к нему, Марго зашептала:

– Вы же не станете сегодня допрашивать родных Долгополова?

– А вы разузнали что-либо? – скосил он на нее хитрющие глаза.

– Пока порадовать вас нечем. Вы с Баенздорфом переговорите, вы с ним, а я еще раз с Прасковьей Ильиничной. Ну, дайте мне хотя бы пару дней.

– Даю, сударыня, даю, – не без удовольствия произнес он и перекрестился на образа, давая понять, что церковь – не место для разговоров.

Настырность ее сиятельства смешила Зыбина. Что она вообразила? Ничего, он припас для нее несколько приемов, от которых настырных дамочек бросает в дрожь.

Марго попросила извозчика подождать, сама же, отстранив лакея, снова прорвалась в дом Долгополовых. Прасковья Ильинична в траурном одеянии сидела в столовой, перед ней стоял стакан воды. Увидев гостью, она опустила голову.

– Вы не пошли на похороны! – воскликнула Марго.

– И не пойду, – сказала она.

– Но почему? – Марго бросилась к ней. Присев на стул рядом, повторила уже тихо: – Почему?

– Стыдно.

– Отчего же стыдно? Вы-то ни в чем не виноваты.

– Это вы так думаете, а другие… Мой муж найден на кровати в сомнительном месте. Зачем он туда пошел?

Настал момент, когда она готова выплеснуть наболевшее. Человек не может долго хранить боль, особенно такая женщина, как Долгополова, – блестящая, успешная, довольная своим положением.