Отравленная кровь

Ну, пожалуйста, Ярик, раз уж приехали…

Он покосился на Монику, да с такой безнадежностью в глазах, что чуть не рассмешил ее (еле сдержалась), пришлось опустить крашеные ресницы, чтобы скрыть смешливый взгляд.

– Ладно, – вздохнул он. – Но я последний раз иду у тебя на поводу.

Моника закивала, позволив себе улыбнуться, ведь победителем вышла она, опять она, отчего же не порадоваться? Тем временем Ярослав обошел капот авто, открыл дверцу, она опять улыбнулась, подавая ему руку. Выдрессировала.

С горничной Павел и Феликс разговаривали…

…в большой гостиной, что на первом этаже, правда, для беседы здесь мало комфорта, несмотря на удобные диваны и кресла, в которых утопаешь, как в перине.

Доверительная беседа требует соответствующей обстановки, чтобы ничего лишнего не было вокруг, ничто не отвлекало, не мешало, да и само пространство слишком велико. Однако делать нечего, в нижней гостиной не пропустишь вновь прибывших, они обязательно попадут сюда, ведь во дворе их встретить некому. Все из группы полицейских и группы Павла работают в этом огромном замке, иначе исследование растянется на неопределенный срок, а желательно уложиться в один день. Павел с Феликсом уселись на диван, Наталья в кресло на самый краешек. Начал Терехов, как всегда, мягко, спокойно:

– Мы понимаем, вам трудно говорить сейчас…

– Нет-нет, все нормально, я могу, – перебила она.

– Отлично. Вы давно здесь работаете?

– Недавно, месяц… почти.

– А предыдущие работники…

– Их уволила Майя Григорьевна.

– За что?

– Мы ж не спрашивали. А хозяева, что здесь живут… они с нами не очень разговаривают, мы ведь никто, прислуга.

Уже кое-что! Всего пара предложений – и атмосфера внутренней жизни этого дворца ясна, отсюда и вопросы у Павла мгновенно сформировались:

– Хозяева? Разве здесь не одна хозяйка? Только хозяин имеет право увольнять, верно?

Наталья замялась, видно, боялась наговорить лишнего, затем пожала плечами, мол, не знаю, что вам ответить, однако информацию дала:

– Ну, хозяйка одна… С недавних пор это ее дом… теперь ее.

А родни у бывшего хозяина много. Как я поняла, этот дом они… каждый из них… своим считают, и если по справедливости, они правы.

До сих пор Феликс молча слушал диалог, кадр он ценный, умеет из словесного мусора, характерного как для свидетелей, так и для подозреваемых, выудить важные детали. К тому же он друг, хороший и надежный друг, собственно, благодаря ему, да и ребятам тоже, Павел раскрыл четыре сложных дела.