Отравленная кровь

Не получив вразумительных объяснений на вполне законные вопросы, ответы на которые они наверняка знают, пристал к Монике, когда та собирала со столиков чашки, рюмки, тарелки:

– Твоя семейка выглядит глупо, изображая кичливых магнатов.

– Не завидуй, – неудачно пошутила она.

– Не о том говоришь, – нахмурился муж. Если придраться, Мона оскорбила его, однако ссоры ему не нужны хотя бы сегодня. – Я хочу знать, откуда взялось столько денег в вашей семье. Но выходит, и вы до сих пор не знаете об их происхождении ничего или… скажи честно, скрываете?

– Не понимаю, а что это сейчас изменит? – раздраженно бросила Моника, плюхнувшись в кресло напротив мужа.

 – Какая разница, ну, какая? Есть и есть, согласись, лучше быть богатым, чем бедным.

– Не соглашусь.

– Ха-ха… это глупо. Любой человек хочет много…

Он знал, что она скажет, поэтому перебил бесстрастно:

– А я нет. Для меня деньги – это возможность что-то создать и результат созданного мною продукта.

Мне важно знать про все, что окружает меня, это естественное желание, в нем забота о личной безопасности моей и семьи. А я ничего не понимаю. И вот результат: в вашем недружном семействе убийство.

– Ты что, испугался? Боже мой… ты, оказывается, слабак. Я о тебе была лучшего мнения.

Моника демонстративно расхохоталась, запрокинув голову назад, хотя ничего смешного в требовании мужа не было. А вот подобный смех рождает болезненное восприятие, он унижает, за ним читается неуважение, которое немыслимо в совместной жизни.

Однако Ярослав отреагировал вяло, потому что разочарование нужно еще и осознать:

– Типичный прием манипулятора с примитивным расчетом, чтобы мишень начала оправдываться.

– Манипуляции? Это ты про меня? – веселилась не по делу Моника. – Значит, я умненькая девочка.

Наверняка она поняла, что Ярослав заводится, видя непробиваемость жены, нежелание вникнуть в проблемы, инфантилизм и еще всяческие – измы, в которых легко заблудиться.

Откуда они взялись, ведь Мона не была такой? Последнее время он все чаще видит ее в качестве провокатора, она сама не своя, если не выведет его хотя бы раз в пару дней издевками, насмешками, дурацкими придирками. По всей видимости, она решила загнать его под каблук, и Ярослав, рассматривая ее в упор с этой точки зрения, сделал вслух открытие:

– Мона, тебя пора лечить.