Вторая смена

Она чего, в линьку впадает?

Савва Севастьянович заметил, что у Пашки, даже когда он по-человечески говорит, голос тягучий, с кошачьей хрипотцой. Так и не поймешь: то ли это синдром переводчика, хорошо перенимающего произношение собеседника, то ли он дурака валяет.

– Гуня, – Старый специально вспомнил Пашкино детское прозвище, ввернул его к месту.

– Да? – протяжно мурлыкнули в трубке.

– Цирля перьями везде сорит. Все у нее в порядке?

Паша снова перешел на кошачий. Обменялся с Цирцеей парой мявов.

– Это возрастное, Савва Севастьянович.

Ей сейчас сорок пять, пожилая уже.

– Да вижу я, что не котеночек.

– Это, если по мирским меркам сравнивать, лет восемьдесят, – теперь Пашка не мурчал. – А еще она по Доре сильно скучает. Она не говорила, я так знаю.

Савва протянул руку, попробовал погладить Цирлю по холке. Крылатка недовольно фыркнула, но с места не сошла.

– Вы ее погулять отпускайте чаще, хорошо? Она говорит, что когда летает, то ей легче так…

– Понял. – Старый клацнул ноутбуком, привычно шикнул, обнаружив, что Цирля заслоняет монитор: ведь не умеет же читать, куда лезет? – Спасибо, Паша, выручил.

– Сав-Стьяныч, если вы закончили, то я у Цирли кое-что уточнить хочу. Она здесь еще?

Крылатка насторожилась, мрякнула. Гунька заговорил на кошачьем, уже не таким неуверенным голосом. Цирля один раз разъяренно вздыбилась, потом утихомирилась. Савве Севастьяновичу этот аккомпанемент печатать не мешал, однако, когда диалог завершился, он спросил:

– Это ты о чем с ней, если не секрет?

– Не секрет.

 – Паша пояснил, не сразу подбирая слова: – Я спросить хотел. В общем, по одной версии, крылатки еще в Древнем Шумере были, а по другой – у древних иудеев сперва появились. А Цирля оттуда родом. Есть версия, что «Йошкин кот» – не просто мифический персонаж, а с прототипом. Вроде у Иосифа Прекрасного, того, которого братья в рабство продали, крылатки водились, их поэтому так и назвали.

– Ну и как, подтвердил версию?

– Наоборот. Цирля мне про Иосифа сказала, но про другого, про императора…

Савва Севастьянович подумал, что у Иосифа – не императора, а генералиссимуса – крылатки точно жили, прямо на даче.

До сих пор в Кунцеве выводок имеется. Правда, не на охраняемом объекте обитают, а все больше так, по соседским крышам[3 - В Кунцеве расположена так называемая «ближняя дача» Иосифа Сталина.].

– Вы, если что, звоните, ладно?

– Ты тоже – если что, – согласился Старый: – Я мобильный не жалую, лучше на городской.