Синий, белый, красный, желтый

Она говорит, что Миша человек надежный, как банковский сейф, а это сейчас редкость. К тому же своим спокойным характером он уравновесил бы Нину, которая не знает, что такое спокойствие, и другим не дает узнать. За Долькой тоже ухаживает один – Жора с тремя золотыми зубами, с автомобилем «Хонда», с трехкомнатной квартирой. Жора такой же толстый, как Долли, весельчак, ржет без причин. Долька его игнорирует, а Нина обожает, потому что в ее кафе он всякий раз оставляет уйму денег.

В кафе посетителей было довольно много, однако некоторые столики пустовали.

Это всегда огорчало Нину, но не сегодня. Видя, что клиентов больше не прибавится, она оставила запасные ключи старшей поварихе, села в свою «копейку» и укатила домой. Первой ее встретила Матильда Степановна:

– Ниночка, ты забыла выключить свет в комнате.

– Да что вы! – ахнула Нина, продвигаясь по коридору с сумками. – Больше не буду.

Это была коронная фраза в общении с Матильдой Степановной – «больше не буду». Когда-то Нина огрызалась на все ее замечания, но Матильда выдавала в ответ монологи длительностью в полдня.

Эта низенькая, тщедушная и сморщенная старушка, с ореолом редких и седых волосенок вокруг головы вредная до ужаса. Неудивительно, что осталась одна. Впрочем, все бабульки в квартире – женщины одинокие. Долька даже позавидовала:

– Помрут бабки, оставят свои каморки тебе, будешь хозяйкой огромной квартиры.

– Раньше они меня в гроб загонят, – отшучивалась Нина.

Она открыла свою комнату ключом. Конечно, Глеб включил настольную лампу у софы – не сидеть же ему в темноте, – а Матильда заметила свет.

Все замечает!

6

Он лежал на ее софе, рассматривая записные книжки. Книжек было несколько, все разбросаны на покрывале. Там же в беспорядке валялись визитные карточки, записки. Увидев Нину, он поднялся. Она сразу включила телевизор, ведь им нельзя разговаривать без постороннего шума. Вынимая из сумки провизию, спросила:

– Как провел время?

– За чтением, – мрачно ответил он. – У Валентины много записных книжек, я нашел их в сумках и в несессере, который она запирала на код.

И вот что обнаружил в несессере, смотри: целая книга. На английском, почерк Валентины. Ты английский знаешь?

Нина взяла толстенькую книжечку в кожаном переплете, исписанную мелким почерком, пролистала. Там были и рисунки – карикатуры. Вернула со словами:

– Нет, Глеб, я не знаю английского языка. А ты разве не знаешь?

– Совсем немного, – вздохнул он. – Курить хочется страшно.