Синий, белый, красный, желтый

С утра займись оформлением машины…

– А как мне ее оформлять, на кого?

– На себя.

– На меня? – уточнила Нина. – Не боишься, что я присвою ее?

– Не боюсь, – ответил он и одарил ее доверительным взглядом. – Тебя я не боюсь. И потом, если меня посадят или убьют, у тебя останется джип.

– Ты что несешь? – задохнулась Нина. Если его убьют, то и ее… – За что тебя убивать? Убийце выгодно на тебя свалить.

– Всякое может случиться, ведь добровольно я не сдамся, поэтому так сказал. Не переживай, я собираюсь долго жить.

Нино, ты не могла бы завтра сходить к Надежде и прозондировать почву?

– К какой Надежде?

– К жене Леньки. Ну, которого убили с Валентиной.

– А под каким соусом я к ней явлюсь? – справедливо возмутилась Нина и разыграла в лицах диалог: – «Я пришла узнать, вам ничего не известно об убийстве вашего мужа и его любовницы?» – «А вы кто?» – «Я просто так интересуюсь». – «А не пошли бы вы кой-куда…» Примерно так будет. Мне это не нравится.

Он выслушал спокойно.

Раньше, во времена их романа, Глеб не был такой сдержанный. Его отличала властность – здесь Валька права. Если не понимали, чего он добивается, Глеб взрывался на короткий миг, но так, что надолго отбивал охоту с ним спорить. Нина благоговела перед Глебом, слегка побаивалась, уважала. Сейчас… не боится, не благоговеет. Уважает? Тоже весьма сомнительно после Валькиных откровений. Однако любовь зла…

– Понимаешь, Нино, – сказал удрученно Глеб, – я с каждой минутой убеждаюсь, что мне не выбраться из этой истории.

Возможно, это паника, когда все видится в черных тонах. Я хочу знать, подозревают меня или нет. Больше узнать не у кого, только у Надежды. К моим нельзя, особенно тебе. Придумай предлог и сходи к ней.

Нина умолчала о Паше Корейце. Глеб не придет в восторг оттого, что она обратилась к матерому хищнику с подозрительной просьбой. Ей тоже хотелось многое знать, только из достоверных уст, а не от незнакомой Надежды.

– У тебя есть мобильный телефон? – спросил он.

– Нет, такие игрушки мне пока не по карману.

– Твой друг кинул полмиллиона, а трубку не подарил?

– Не полмиллиона, а триста пятьдесят тысяч! – огрызнулась Нина. – И не твое дело, что он мне дарит.

– Извини. Вот, возьми. У меня есть еще один. В случае необходимости будешь звонить. Как только скажешь «Глеб», он автоматически наберет мой номер. Можно отправить письменное сообщение, я на своей трубке прочту.

Нина взяла телефон, повертела.