Она всегда с тобой

Едва она захлопнула дверцу, он утопил педаль газа – благо переулок свободен. В зеркало заднего вида Михаил наблюдал за Лялькой, она стояла с немым укором, похожая на памятник всем несчастным и обманутым женам.

– Вот зараза! – процедил он, сворачивая на главную дорогу и одновременно делая вызов по телефону. – И мысли не допускает, что сделала все возможное и невозможное, чтобы Борька ушел… Алло, Боря, это я. Короче, твоя приезжала ко мне домой, она подозрительно много знает про тебя…

* * *

– Понял, – сказал Борис.

– За что спасибо? – послышался из трубки возмущенный голос. – Лучше подумай, чем она тебя может приложить.

– Да ничем. Это все бессильная злоба, не переживай.

– Ладно, не буду. Пока.

Борис положил свой телефон рядом на диван и, снова взяв Майкин, углубился в просмотр. Диалог она слышала по громкой связи и теперь растерянно водила глазами по голым стенам, сидя на единственном стуле, который Борис принес из кухни.

Квартиру он купил в старом доме (сталинка), две комнаты: одна – гуляй не хочу, вторая поменьше, два балкона (второй этаж), просторная кухня. Здесь нужен ремонт, он, конечно, перекроет деньги, которые удалось сэкономить при покупке, – хозяева прилично уступили, потому что их поджимало время, они уезжали в другой город. Борис не успел обзавестись мебелью, приобрел только диван, журнальный столик на колесах, стол и стулья для кухни, от старых хозяев остались шторы.

– Тебе звонят, – вывел ее из задумчивости он.

Майя взяла протянутый смартфон, подумала, стоит ли разговаривать или чуть позже самой перезвонить, потом решила ответить:

– Да, папа?

– Майя, отчитываюсь: еду за мальчиками. А бабушка хочет, чтобы я привез их к нам за город. Не возражаешь?

– Не возражаю.

– А чего у тебя голос такой… тусклый, грустный?

– Работы много… писанины…

– В таком случае не буду мешать.

– Я подумаю. Маме привет.

Майя молча отдала трубку Борису и запахнула плащ, который впопыхах забыла снять (она торопилась показать ему «доказательства»), уставилась в пол. Полы паркетные, но старые, высохшие, потрескавшиеся… Вдруг Майя подняла голову, ее осенило:

– Ей кто-то сказал!

– М-м? – оторвался Борис от смартфона.