Портфолио в багровых тонах

– Попроси у своего, – нашелся папа.

– И не подумаю, – отрезала Лена.

– Значит, отцу плохо, а дочь не хочет облегчить участь. Значит, я отрывал от себя, чтоб ей было хорошо, а она куска хлеба теперь не даст…

Лена оттолкнулась от стены и прошла в кухню, где взяла половину батона, а из холодильника – полпалки копченой колбасы. Вернулась в прихожую, сунула в руки отцу:

– Вот тебе хлеб, вот колбаса. Теперь уходи.

Развернув к выходу папу, который не успел опомниться по причине хронического похмельного синдрома, тормозившего все рефлексы в мозгу, она вытолкала его на площадку и захлопнула дверь.

– Ленка!.. – раздался запоздалый вопль. – Ленка, открой! Я дом подниму…

Несколько раз Евгений Ильич ударился боком в дверь – не помогло. Приставив ухо к щели, он послушал пару секунд и заорал громче:

– Ленка!.. Родная дочь отца выгнала! Воспитал на свою голову! Живешь с богатым мужиком… как последняя… А у него жена, дети… Не стыдно? Кто ты после этого? Ну, подскажи, как тебя называть!

Лена просто-напросто стекла по стене вниз, как смола по дереву, уселась на пол и, обхватив колени руками, уткнулась в них лбом.

Она не плакала, нет-нет, а собиралась с мыслями, с силами. Сегодня столько хлопот… без папаши хватит. Слезы давно закончились, да и какой от них прок? Сухие глаза, холодное сердце, трезвый ум – прекрасный комплект достоинств, дополняющий эффектную внешность. Несмотря на молодость, Лена научилась владеть собой и смотреть на мир глазами взрослой женщины. Если честно, думала, что умеет. Думала до тех пор, пока не случилось…

– Ленка, сволочь! – разорялся за дверью папа, человек без порядка в голове и абсолютно без воли, разменявший талант на градусы. – Мне же надо… для здоровья. Ленка, а если отец умрет? Ты будешь виновата… Мать не жалко? Она ж болеет…

У мамы с папой болезнь известная, перешедшая в хроническую, а жалость, даже дочерняя (о любви уже речи не могло идти), – продукт протухающий. И что в данном случае есть жалость, ведь в мире абсолютно все относительно.

Пора кончать с вымогательством, Лена громко и отчетливо сказала якобы в телефон:

– Алло, полиция? Ко мне ломится пьяный мужик, будьте добры, помогите… Адрес? Записывайте: Королева, 35…

– Неблагодарная! – обозлился папа, привыкший к регулярным подачкам во времена запоев. – В полицию… на родного отца?.. Не ожидал! Ну, попомнишь меня! Я тебе устрою, доченька. Чтоб на отца родного натравливать… я тебе поломаю твою кайфовую жизнь.