Три грации на обочине

Знаешь, даже хорошо знакомая девушка вряд ли согласилась бы на групповуху, особенно после недавнего первого опыта, но и насиловать знакомую опасно, да? Она способна обратиться в полицию и указать на конкретных ублюдков.

– Это как раз убедительный мотив, чтобы убить.

– Верно. Но как возможно насилие без сопротивления? – взмахнул руками Феликс. – Одних запястий и щиколоток маловато.

– Ты повторяешь Ольгу слово в слово.

– Надо же! – вытаращился опер. – Это плохой признак. Для меня, разумеется, это значит – мои мозги усыхают.

– Что опять не так? – поднял брови внимательно слушавший Павел.

– Да все то же! Скажи, каким образом ее затащили в машину, не оставив на теле следов? К незнакомым парням она не села бы, а?

– Дурочек на белом свете тоже перебор, – заметил Павел. – А если на охоту вышел один?

– Ну, тогда обаятельный и привлекательный говорун должен быть.

– Вроде тебя?

– Не, что ты! – заливисто рассмеялся Феликс. – Сейчас одним фейсом не возьмешь, прикид у меня хреновенький, машина – отстой, старье. А девочка, если верить Марихуане, имела богатую жизнь… Слушай, я бы сроду не догадался по ногтям и волосам о социальном статусе. Короче, должен быть такой мэн, чтоб автоматически вышибло мозги вместе с памятью, одетый, как манекен в бутике, внушающий с первого взгляда, с первого слова, с первой улыбки…

– Ты увлекся.

– Вот тогда она, с отвисшей челюстью, как зомби могла залезть в машину типа покататься. И подцепить ее он мог в баре, к примеру. Ну, а когда девочка очутилась в квартире и увидела, что там еще пара пацанов… Я бы на ее месте сразу очнулся от иллюзий и, заподозрив ловушку, кинулся к выходу… За ней бросились бы пацаны… В таком случае где кровоподтеки?

– Угу, а девушка дала себя раздеть и привязать, сопротивлялась конечностями уже привязанной. Ничего не складывается. И моя фантазия спит.

– Стало быть, убогий у нас с тобой сексуальный опыт.

Феликс подпер щеки обеими ладонями, опустил глаза на фотки, а их много – в три ряда и на всю длину столешницы. Пришлось повернуть голову вправо-влево, попутно у него родилась мысль, но высказал ее он неуверенно:

– Знаешь, Паша, в бессознательном состоянии спокойно могли раздеть, привязать и прочее. Но надо усыпить как-то… например, хлороформом.

– Подходит, – не раздумывая, согласился Павел.