Убийство по Шекспиру

 – Ладно, не дергайся, я ее подлечил, в ралли можно участвовать. А что, бомжи теперь в театре живут?

– Там живут лицедеи, очень занятные люди. А бомжи пока подождут.

У здания театра большие щиты, гласившие о ближайших спектаклях, были перекрыты надписями: «О спектакле будет объявлено особо. Билеты подлежат возврату в кассу театра». Степа прошел через двор к служебному входу, где его встретила пенсионного возраста вахтерша, перекрыв мощным станом вход. Показав удостоверение, Степа спросил, здесь ли Эра Лукьяновна.

Вахтерша ответила, что директора нет и сегодня не будет. Тогда он поинтересовался, кто из руководителей находится в театре, вахтерша ответила, не уступая дорогу:

– Главный администратор, но она ничего не решает.

– Я хочу с ней увидеться.

– Эра Лукьяновна не велела пускать посторонних.

Заречного вывести из себя трудно, но вахтерше это удалось.

– Вы что, – скрипнул он зубами, – не понимаете, с кем разговариваете? Ну-ка быстро в сторону!

– Я сначала должна ей позвонить, – стояла насмерть вахтерша.

Степан взял ее за плечи, переместил в сторону и прорвался-таки через кордон. Она вслед раскричалась: – Что вы делаете? Вы не должны… Меня с работы… Я милицию вызову.

Усмехнувшись, Степа открыл дверь администраторской. Главный администратор, с неприветливым полным лицом (очевидно, у нее выработан такой стиль), переговаривалась с кем-то по телефону. Бросив Степану:

– Минуточку, – продолжила слушать голос в трубке, лениво вставляя междометия и вырисовывая авторучкой бессмысленные завитки на листе бумаги.

Степа потоптался с минуту, поймал себя на том, что сейчас вторично выйдет из себя. Тогда как можно спокойней нажал на рычаг телефонного аппарата.

– Вы как себя ведете? – флегматично протянула администраторша, подняв на Степана ничего не выражающие коровьи глаза. – У меня важные переговоры…

– Да нет, это как вы себя ведете! – криво усмехнулся Степа, натянув маску мента-нахала. – У вас здесь что, особая зона? Одна не пропускала, вторая базарит по телефону, будто пришел посторонний чувак.

К вам, между прочим, милиция приехала!

– Так бы сразу и сказали, – пробубнила она и сделала одолжение: – Садитесь. У вас на лбу не написано, кто вы и откуда.

– Короче, – Степа опустился на стул и бросил на стол перед ней программку, – мне нужны адреса и, если есть, телефоны всех из этого списка.

Долгонько она смотрела на желтенький лист, сложенный вдвое, с надписью: «Коварство и любовь».