Среди огнистых камней

Я сумею позаботиться о тебе и смогу защитить тебя. Спи, родная, я буду с тобой.

Мое тело прильнуло к нему теснее, и под равномерный звук его сердца я заснула.

ГОРГ

Снова утро. Я еще не знаю, что со мной случится. Солнечный денек. Еще не знаю, что меня ждет. Быть в неведении – это подарок судьбы или ее пинок?

Радуюсь, что сентябрь у нас теплый. С содроганием понимаю, что с наступлением холодов не смогу ездить на скутере. И в колледж придется добираться на переполненном автобусе.

Открывая глаза, вижу самое лучшее лицо в мире.

Рауль сидит на стуле около письменного стола и по-кошачьи ленивым, одобряющим взглядом наблюдает за моим неторопливым пробуждением.

– Что? – пробормотала я.

– Мне нравится смотреть, как ты просыпаешься,– шепнул он, не отрывая взгляда. – Ты такая беззащитная и ранимая, мне хочется оберегать тебя.

Отличное начало дня, только вот идти никуда не хочется. Я бы осталась с Раулем. Смотрела бы ему в глаза, не в силах оторваться.

– Вставай, а то мама разбудит,– предупредил он.

Издав слабый мученический стон, я нехотя поднялась с кровати.

– Подождешь меня? Не исчезнешь?

Он улыбнулся, но в итоге исчезла я. Ванная, кухня, завтрак. Но когда я вернулась в комнату, Рауль сидел на том же месте. Мне захотелось его порадовать, и я надела заветное красное платьице. Рауль окинул меня восхищенным взглядом и торжественно объявил:

– Ты стала еще красивее, ты просто обворожительна.

– Ты шутишь?

– Посмотри на себя в зеркало,– посоветовал он.

– Я и смотрю.

Ничего особенного я не обнаружила. Отметила только, что красный цвет мне почему-то идет. Раньше я считала его вызывающим. Но может к моим темным (или скучно мышастым, как я думала) волосам подходит, хотя к серым глазам не очень. Не знаю, что восхитило Рауля? Я видела себя прежней – метр шестьдесят и немного худенькая, как всегда. Может в этом и кроется причина пристального внимания Рауля к моему питанию? У меня вечно голодный вид? Уголки моих губ невольно расползлись от этой мысли.

Мой любимый оказался рядом, и мы уже вместе смотрели в зеркало.

– Глупенькая,– шепнул Рауль мне в волосы, словно прочитав неумные мысли. – Твои глаза как темное озеро, где мы купались, и изменчивые, как море в моей бухте, глубокие, как мой океан, в них можно смотреть часами, стараясь угадать мысли в твоей милой головке. Твои ресницы придают взгляду трогательную застенчивость, а слегка приоткрытые губы – невинность.