Женька и миллион забот

 – Да ты можешь себе представить, каким должен быть камень!? Твой Гена же его просто… не поднял бы! Он же не самый сильный человек планеты и не принимает участие в соревнованиях «Арнольд классик»!

Ниночка растерянно пожала плечами. Да, действительно, такой камень если кому и под силу поднять, так только крану… да и то козловому, наверное.

– К тому же, это просто канава, – пояснила Женька, наклоняясь и внимательно всматриваясь в черноту дыры под ногами. – Видишь, экскаватором выкопали.

– Зачем? – подивилась наивная Ниночка.

– Откуда я знаю! Может трубы прокладывали… Пойдем туда, – Женька махнула рукой вверх по течению. – Может, найдем что-нибудь…

… или кого-нибудь… добавила она мысленно. А вот интересно, труп это «кто» или «что»?

Они в полном молчании прошли еще сотню метров и остановились. Внизу плескалась вода, издали доносился гул города, здесь же стояла невероятная тишина.

– Ну, куда мы теперь пойдем? – едва не плача, спросила Ниночка. Ей было холодно, сыро и страшно. Одна мысль, что они гоняются за покойником, приводила ее в ужас.

– Провалиться мне на этом месте, если я зна… – Женька развернулась на пятках и… исчезла.

Ниночка так и застыла с открытым ртом. Откуда-то снизу донесся сначала треск, потом какие-то шорохи.

– Нина, спускайся сюда! – послышался Женькин голос.

Ниночка сделала шаг, потом еще шаг… она ничего перед собой не видела.

– Женечка, ты где?

– Я здесь! – снова послышался снизу знакомый голос. – Да не бойся ты, спускайся.

Закрыв глаза, словно приготовившись броситься в омут с головой, Ниночка шагнула и стремительно заскользила вниз. Она ойкнула, взмахнула руками от неожиданности и, потеряв равновесие, хлопнулась на пятую точку, съехав по осыпи. Внизу ее уже ждали крепкие Женькины руки.

– Все, я больше не могу! – занудила Ниночка, теперь даже мысль о потерянном женихе не вселяла в нее мужество.

– Здрасьте! – выпалила Женька. – Таскались по всему городу битый час, а теперь ты заявляешь, что больше никуда не пойдешь? Тебе жених нужен или нет?

– Нужен… но искать я его больше не буду, – в голосе Ниночки прозвучала такая решимость, что Женька сразу поняла: все, ее теперь бульдозером с места не сдвинешь.

Она плюхнулась рядом с Ниночкой на осыпь и подперла щеки руками, задумчиво уставившись в темноту.