Наш подарок французскому народу

В общем, министр сказал, чтобы тебе оказывали необходимую помощь и немедленно выполняли все просьбы. Можешь своего майора Громова привлекать к работе. Я все сказал, до свидания.

Веселов довольно ухмыльнулся, – с начальством вопрос решен, теперь будем укрощать зятя. Он вошел в кабинет оперативников, – Забелин, срочно всю информацию по ОАО «Энерго-Юг». Сомов, ищи данные на его руководство, где только можешь. Просмотри прессу, может, оттуда что-то выудишь.

– Андрей Петрович, почему вы в форме, а я как бы и не причем? – с едва заметной обидой в голосе произнес старший лейтенант Дубинин.

– Алешка, ты такой же любопытный, как Крыська. И под дверью стоишь так же, как она. Только твое ухо не фигурирует, зато кончик носа всюду виден.

– А че, Крыся у нас героиня, и я как пионер беру с нее пример.

– Только ты забыл, что она любит одного Фоменко, а ты девиц меняешь как перчатки.

– Между прочим, Андрей Петрович, в отсутствие полковника наша барышня по рукам ходит, и не стесняется этого.

– Сегодня я точно тебе уши надеру, – сказал генерал и вышел.

– Меня коснется его рука, и я улечу в облака, – произнес Алексей. – Мужики, слыхали, что я сказал? Может, во мне пропадает великий поэт?

– В тебе пропадает великий балабол, – улыбнулся Степан Иванович Антонов, майор советской армии в отставке, работающий в спецотделе официально в качестве вольнонаемного, а на деле – оперативником.

– Но дед, согласись, что трое в форме – это не к добру.

– А может, к подвигу, ты же сам недавно говорил, что к нему готов.

– Я конечно, завсегда, но благосклонна ли ко мне моя звезда? Ой, я опять заговорил в рифму. Дед, ты бы записывал, потом опубликуешь свои воспоминания о непонятом поэте 21 века. Макс, колись, почему ты в форме.

– Приедет большое начальство, и нас троих будут награждать то ли орденом, то ли медалью, – отозвался тот, не отрываясь от компьютера. – Ты разве не слышал, что учреждена новая государственная награда? Между прочим, к ней прилагается конвертик с очень приличной суммой.

– А как же я? – обиженно спросил Дубинин.

– Ты еще не дорос. Лучше дерзай на поэтическом поприще, может, станешь лауреатом Государственной премии.

– Прикалываешься, да?

– Не, про награды я серьезно.

– Ну ладно, тогда по такому случаю устроим праздник, – успокоился Алексей, не заметив, что дед и капитан Сомов едва сдерживают смех.