Надежда

Мне так было стыдно за ее родню! Я спросила молодого дядю:

– Разве нельзя без ругательных слов?

А он засмеялся:

– Пускай привыкает. Женщины грубую любовь больше любят.

– Неправда! – возмутилась я.

– Телячьи нежности! Ты с чьей стороны родня?

– Не родня, – созналась я.

– Ну и дуй отсюда! Не порть компанию, – рассердился на меня дядя.

Я и ушла.

– А какая тебе музыка нравится? – с интересом спросила Ира.

– Песни о родине люблю. Еще люблю грустные или военные. Детские – сю-сю – нет.

И скрипку не люблю. Она словно плачет. Сердце так и разрывается. Практикантка Галя приучала нас слушать трудную музыку. Но я не понимаю такой, от нее настроение разное делается.

– Значит, понимаешь. И в народной музыке есть замечательные моменты, великие композиторы используют их. Глинка, например. Мы как раз в музыкальной школе его проходим. Я пятый год учусь, – с гордостью сказала Ирина.

– Как это? Тебе же всего десять лет!

– С пяти лет пошла.

– Я как-то вечером попала в актовый зал, там старшеклассник на пианино играл.

Хороший. Даже разрешил клавиши потрогать. Я спросила его: «Чтобы играть, надо ноты знать?» «Не обязательно, – ответил он. – Можно подбирать на слух. Вот попробуй…» Но у меня ничего не получилось. Я испугалась, что у меня нет музыкального слуха, а он успокоил: «Не всем же быть музыкантами. У тебя, наверное, к чему-то другому есть способности». «Рисовать люблю», – радостно заверила я мальчика. Понимаешь, мне очень не хотелось быть бездарной. Ира, проиграй мне свое домашнее задание.

– Тебе скучно будет слушать этюды. Лучше спою мою любимую песню. Очень трогательная.

И она запела: «Спи, моя крошка, мой птенчик пригожий. Баюшки, баю-баю…» У меня сами собой потекли слезы. Я вздохнула:

– Сыграй что-нибудь веселое или торжественное.

– Пожалуйста: «Славься, ты славься, Русь моя…»

– А скажи, ты слышишь в голове музыку?

– Конечно, постоянно. Ту, которую выучиваю. Иногда пытаюсь сочинять этюды. Но пока не очень получается.

Прокручиваю их в голове и все переделываю, переделываю.

– У тебя талант?

– Талант – это труд, терпение. Так папа говорит, – очень серьезно ответила Ирина.

– Не скучно учиться музыке?

– Нет. Иногда устаю, и тогда хочется все бросить. Нагрузка у меня большая.

– Я от чистописания тоже устаю и злюсь… Ой, говорю, говорю. Может, я тебе мешаю?

– Нисколько. Да и «разгрузочные часы» у меня должны быть.

– А у меня нет «загрузочных».