Школа богатырей

Иваш, тот самый тягатель Стояна, из-за которого Олег ушел в свое путешествие-обет. Четыре года назад сам был учеником школы богатырей, а сейчас уже старший богатырь, как и Стоян.

В легкой кольчуге, опоясанный кожаными ремнями. На поясе баклажка и длинный кинжал в нарядных ножнах. Огромные карие глазищи глядят цепко и настороженно. С чего бы это?

– Здравствуй, э-э… Любим.

– И вам не хворать, – буркнул паренек угрюмо. Сейчас ругать начнет. Оно и понятно, вон какой беспорядок учинили.

Но богатырь не спешил ругаться.

– Любим, я видел твою стычку с Ярополком, – задумчиво проговорил Иваш.

Любимка угрюмо молчал. Сызмальства считал постыдным жаловаться взрослым. Ведь его мечта – сделаться богатырем, а богатыри сами решают свои проблемы.

– Ты меня впечатлил, если честно, – неожиданно заявил Иваш. – Ярополк очень талантлив. Уже умеет использовать земную тягу. Пускай и неумело, всего на один удар. Но обычному человеку этого хватило бы с лихвой.

Отрок насупился. Иваш хвалит воеводова сынка, а я, стало быть, виноватый выхожу?

– Здорово он тебе вдарил. Ты рухнул, как подкошенный.

Любимка ощутил, как щиплет глаза. Отвернулся резко, тыкая метлой в пол. Еще не хватало разреветься тут, навроде последней девчонки.

– Ты был без сознания. Это точно, – безжалостно продолжал Иваш.

Отрок оскалился, как маленький хищный зверек. Сейчас я ему все скажу!..

– Но твоя сила воли столь велика, что тело поднялось без участия сознания.

Любимка разом позабыл о злости и вытаращил глаза.

– Мечи-калачи! А я думаю, чего я очнулся так странно – на ногах…

Иваш кивнул и задумчиво продолжил:

– Странно, что к человеку такой силы воли до сих пор не явился калика.

Отрок оторопел. Эта мысль была настолько созвучна его собственным думам, что усомнился в реальности происходящего.

– Я могу тебе помочь, – неожиданно сказал Иваш. Карие глаза сверкнули решимостью.

– К-как это?!

– Я наблюдал за тобой. Не один день наблюдал. И знаешь?! Люб ты мне, Любимка. Я видел, как ты подглядываешь за тренировками и повторяешь движения гридней и наставников. Не раз, и не два – постоянно. Твое упорство достойно лучшего применения. Ты на лету хватаешь то, что другим дается с большим трудом.

– Ешки-матрешки! Это я-то, – на щеках отрока выступил румянец.

– Но этого недостаточно, – продолжал Иваш.