Школа богатырей. Вольные люди

Он шагнул к девушке, она вдруг очутилась в его объятиях. Рыжеватые глазищи вынимали душу, а губы слегка приоткрылись, с каждым мгновением приближаясь все ближе. Это было столь неожиданно и столь сладко, что прилети в тот момент очередной швыряльный нож из чащи, никто бы его даже не заметил. Впрочем, оружие не причинило бы им никакого вреда, ибо земная тяга выплеснулась из Любима и заполонила все вокруг.

Их губы почти соприкоснулись, меж ними щёлкнула искра. В кустах раздался страшный хруст, они вздрогнули и отпрянули друг от друга.

В их сторону кто-то ломился, не разбирая дороги.

***

Женщина с девочкой со всех ног бежали по лесу. Дыхание с сипом рвалось из груди. Девочка запуталась в подоле и едва не упала. Женщина поддержала её.

– Аха-ха-ха! – раздалось за их спинами. Фьють! Стрела с широким наконечником срезала несколько тонких деревцев и пронзила ствол ели впереди беглецов. Хрясь. Брызнули щепки, дерево захрустело и стало заваливаться, преграждая путь беглецам.

Женщина повернулась спиной к ощетинившимся сучьям и задвинула дочку за спину.

– Зяблик! Ты сумеешь пролезть под ёлкой? Я их отвлеку… Беги!

Она толкнула дочку. Та упала на колени перед проходом.

– Не надо, мамочка! Я тебя не оставлю!

– Беги! Иначе будет поздно!

В лесу хрустело, перекликались голоса. Все ближе. Девочка насупилась и замотала головой.

– Мы тятю бросили! Теперь ты хочешь, чтобы я одна осталась.

– Оно и верно! – раздался визгливый голос. К беглецам из леса вышло трое воинов в лёгких кольчугах.

Один из них держал длинный причудливо изогнутый лук. Свободной рукой он вырвал из остатков дерева стрелу.

– Мамка верно гутарит – беги. А я выжду минутку и гляну, сумеет ли тебя догнать моя стрела.

Он захохотал. Один из его спутников, худощавый и рябой, поморщился, второй, круглолицый и румяный, как наливное яблочко, подхалимски хихикнул. Мать прижала к себе дочь.

– Один… Два… Три… – начал считать витязь с луком. – Чем дольше ты медлишь, тем меньше у тебя шансов.

– Беги! – закричала мать и оттолкнула девочку.

Та глянула на неё распахнутыми от ужаса глазами и нырнула в прореху меж сучьями.

– Двадцать пять… Двадцать шесть… – считал витязь. Потом вдруг замолчал и капризно скривил лицо. – Надоело считать. Хватит и такой форы…

– Нет! – Вскрикнула женщина. – Она всего лишь ребёнок! Пощадите!

– Да, она ребёнок, – рассмеялся витязь. – А это значит, что Завидке она без надобности. В деревне этих детей как крыс, возьмёшь себе другую дочку.