Корона Тьмы. Рождение магии

Сейчас он уже мог бы вслепую спуститься вниз, ни разу не споткнувшись. Но, возможно, эти визиты скоро прекратятся. Все, что для этого требовалось, – признание.

В конце лестницы находилась тяжелая металлическая дверь. Это был единственный материал, на который магия фейри не оказывала никакого влияния. Ходили слухи, что отдельные Неблагие фейри, владеющие земной магией, все же могли воздействовать на этот элемент, но Ли за время своей бытности в качестве Хранителя ни разу не слышал сколько-нибудь серьезного рассказа о таких случаях.

Сжав пальцы в кулак, он колотил в дверь, пока гвардеец наконец не открыл ему. Запах гнили, плесени и фекалий, хлынувший навстречу, показался ему гораздо более привлекательным, чем выражение лица Неблагого, смотревшего на мужчину так, словно Ли не приходил в темницу каждое утро и каждый вечер на протяжении вот уже нескольких недель.

– Доброе утро, моя прелесть, – произнес Ли с широкой улыбкой, мимоходом похлопав Неблагого фейри по плечу. Боковым зрением он заметил, как рука охранника дернулась к оружию, но не обратил на это никакого внимания.

В конце концов, он был гостем принца Кирана, и убийство Хранителя повлекло бы за собой неприятные последствия. Зейлан выжидательно стояла у решетки своей клетки, похожая на Бриона, ждущего своего ужина. Только девушка была не такой откормленной, как он, и выглядела бледной. Волосы Хранительницы стали жирными, а кожа и одежда Зейлан были покрыты слоем грязи. Ее рубашка казалась уже не черной, а серой. Ли было больно видеть ее такой, и именно поэтому он одарил девушку улыбкой.

Зейлан улыбнулась в ответ.

Во имя Короля! Больше всего ему хотелось вытащить свой меч и освободить ее силой. При достаточной ловкости он сможет сбить с ног гвардейца, вытащить Зейлан из клетки и сбежать с ней из замка еще до того, как остальные Неблагие что-то заметят. Но такой план был обречен на провал, потому что, как только Томбелл получит весть об этом, Ли получит наказание, которое будет совсем не легким. Будь Ли моложе, он бы рискнул, но с годами мужчина научился держать себя в руках, хотя сам с трудом мог в это поверить.

– Когда-нибудь он отрежет тебе язык, – заметила Зейлан, глядя на Неблагого фейри, когда Хранитель остановился перед ней. Только ржавая решетка отделяла их друг от друга.

– Кори это может понравиться.

Пока они с фельдмаршалом делили во дворце одну комнату на двоих, Ли несколько раз увещевали, чтобы он наконец заткнулся. Напрасно. Капитан Форэш любил поговорить. И много.