Проклятый наследник

Томбелл удивленно приподнял правую бровь, отмеченную шрамом:

– Ты действительно этого хочешь?

– Да, прошу вас. Вы не можете наказать меня за то, что ваши люди не обладают достаточной силой воли, чтобы не отвлекаться, – сказала Зейлан, глядя прямо перед собой. Яростные взгляды других Хранителей могли бы сжечь ее дотла, но она выстояла против этого огня.

– Позвольте мне сразиться с одним из ваших людей. Если после этого вы все еще захотите отослать меня, я уйду.

Это смелое заявление, но Зейлан была уверена в своих навыках.

В противном случае ее бы не было здесь сегодня, она бы лежала мертвой в городской канаве или голой в постели жениха.

– Самоуверенности тебе не занимать, – кивнул Томбелл, и Зейлан почти поверила, что в его голосе проскользнуло нечто вроде уважения. – Но это не меняет моего мнения. Я не хочу видеть тебя на моей Стене.

Это было как резкий удар под дых. К горлу поднялась тошнота, но девушка подавила желание сдаться. Так не должно было быть. Никогда. Стать Хранителем – это цель ее жизни.

Сражаться – это все, что она умела делать, и, конечно, она не будет служить в гвардии Короля, который не сделал ничего, чтобы спасти ее родную деревню. Его единственным приказом был арест прежнего фельдмаршала, но не потому, что тот нес ответственность за гибель сотен сельских жителей, а потому лишь, что вместе с ними погибли несколько дворян, проездом оказавшихся в деревне. Если бы не эти дворяне, Ларкин Вэлборн, вероятно, до сих пор оставался бы фельдмаршалом.

– Я не уйду, – сказала Зейлан с дикой решимостью.

Не отступив от Главного Хранителя ни на шаг, девушка расправила плечи. Если он считает, что запугать ее чересчур легко, он ошибается.

Томбелл фыркнул:

– Делай, что хочешь, но Стене ты служить не будешь.

Он отвернулся от нее и просто оставил стоять на месте.

Посмотрим, подумала Зейлан, скрестив руки на груди. Она осталась в строю, потому что готова была бороться за то, чего желала, и за будущее, которое ей предстояло.

Глава 5 – Фрейя

– Амарун —

В мире существовало три вещи, которые Фрейя ненавидела больше всего на свете: выступления ее отца, бессмысленные развлечения с надменными дворянами и пустые бокалы.

По отдельности эти неприятные обстоятельства еще можно было стерпеть, однако сегодня они обрушились на нее все разом. Фрейе было смертельно скучно. В последнее время так бывало слишком часто.

Вот уже много вечеров подряд дворец напоминал улей. Герцоги, князья и графы приходили и уходили.