Расколотая мечта. Арка 2. Великие богатырские состязания

 – Раз ты сама того не желаешь…

Несмеяна вздрогнула и подняла взгляд.

– Не желаешь, я же вижу, – молвил князь. Он мимолётно глянул на Клопа, тот ответил на его взгляд дерзко, даже с вызовом. Лицо князя разгладилось, он даже слегка дёрнул уголком губы, словно бы удержал улыбку. Голос его вознёсся над толпой. – Добро. Так тому и быть. Вот моё княжье решение. Я разрешаю тягателю Ярополку ехать вместо тягателя Несмеяны.

В небе громыхнуло и тут же тучи раздвинулись, на землю упал сноп света. Князь глянул на него и повернулся к Ярополку.

– А ты что скажешь?!

– Я!.. Да я!.. Всей душой я!.. – он разевал рот, как рыба, вытащенная из воды. Князь посмотрел на Стояна, тот кивнул.

– Да будет так! – громко провозгласил князь. Губы Несмеяны робко дрогнули, она тоже улыбнулась. Любимка сжался и присел, Розг стремительно скользнул вперёд, но… ничего не произошло. Сзади девушки стоял Клоп, положив одну руку девушке на плечо, вторую держа на талии. По тому, как исказилось его лицо, Любимка понял, что скоморошистый тягатель делает сейчас для Несмеяны то же, что делал воронёный на занятиях.

Он и правда подходит ей, как никто другой, – подумал Любимка и вдруг закричал:

– Несмеянка – молодец! Самый благородный человек!

Его крики подхватили подхалимы, а потом и толпа. Славили девушку тягателя и поздравляли сына воеводы. Из-за спин гридней высунулось широкое лицо Стойгнева. Он что-то спросил парня стоявшего рядом, тот ответил. Лицо воеводы озарилось счастьем.

Улыбка Несмеяны сделалась чуть заметнее, взгляд девушки потеплел.

Любимка вспомнил, какой она была во время их поединка в Запретном лесу. Несчастная и загнанная. Видя эту улыбку, он вдруг ощутил настоящее счастье, как будто на миг прикоснулся к её душе.

Отрок тряхнул головой, и недобрые помыслы слетели с него, как паутинка. Он больше не верил, что Ярополк мог быть причастен к подкупу его друзей.

– Понял! – Любимка опять ткнул Ярополка в бок. – Цени благородство!

– Я ценю, – отозвался тот.

Казалось, он сейчас упадёт в обморок. Любимка даже посторонился. Но сын воеводы не доставил ему такого удовольствия.

– Но это не значит, что я простил тебя за Варьку!

Люди продолжали кричать и славить новоявленных претендентов на состязания. Стойгнев все глядел на сына, лицо сурового воеводы исказилось, и он спрятал его за широкими ладонями.

Потом разговоры закончились, караван во главе со Стояном, богатырями и тягателями отправился.