Сумрачная дама

Девушка неловко сидела на корточках и огромными глазами смотрела на набившуюся в кузов толпу вооруженных мужчин, но в ее глазах был огонь, предупреждавший, что обижать ее, пожалуй, не стоит.

– На что пялишься? – спросила она с сильным бруклинским акцентом.

– Простите, мисс. – Доминик почувствовал, что краснеет. – Я не знал…

Она жестом заставила его замолчать.

– Джози Гарретт, «Нью-Йорк Таймс».

Доминик широко раскрыл глаза:

– Вы репортер?

– Ага. Несколько недель бегаю за Стаутом и его людьми. За транспорт на фронт вы ему спасибо скажите.

Двигатель машины с шумом завелся, и Доминика качнуло знакомым движением заднего хода и разворота. Джози вытянула руку и ухватилась за борт, чтобы не упасть. Доминик почувствовал прилив жалости и покрепче взялся за оружие.

– Ну так какие новости? – спросил он.

Из-под армейской шинели, которая была велика ей на несколько размеров, Джози достала маленький стенографический блокнот.

– Ну, могу сказать, что в Брюгге украли скульптуру Микеланджело.

Услышать имя Микеланджело в разговоре о военном задании Доминику казалось так же нелепо, как и увидеть в кузове армейского грузовика крошечную фигурку его собеседницы.

– Они украли Микеланджело? – Доминик раскрыл рот. Но если нацисты бровью не вели, уничтожая миллионы ни в чем не повинных людей, то они, наверное, бровью не поведут и воруя знаменитое произведение искусства.

Джози кивнула, копаясь в записях.

– И еще массу всякого почти из всех европейских стран. Они даже украли в Польше Леонардо да Винчи и Рафаэля.

Они говорят своим, что союзники нанимают еврейских искусствоведов, чтобы красть все, что представляет художественную ценность. Их послушать – так мы увозим все это в США, в частные коллекции. Врут, конечно. Весь смысл миссии «Людей памятников» – в том, чтобы вернуть произведения их законным владельцам в Европе. Мы с собой ничего не забираем.

Доминик покачал головой.

– Я понятия не имел. И что же они ищут в Ахене?

Она махнула рукой в сторону головного грузовика, как будто лейтенанта-коммандера Стаута на пассажирском сидении рядом с Полом можно было разглядеть с их места.

– Ну, теперь, когда побоище позади, он надеется, что хоть в церкви что-то осталось. Тут была столица Священной Римской Империи. Но мы не знаем, сохранилось ли там еще хоть что-то. – Джози пожала плечами. – Мы знаем только, что они заберут все, что смогут. Другие команды «Людей памятников» тоже пытаются сохранять искусство. – Она еще раз полистала блокнот.